«

»

Окт 22 2013

Распечатать Запись

Барышников В. Н. * Роль А. А. Жданова в создании и деятельности т.н. «терийокского правительства» (1939-1940 гг.). * Статья

Статья из книги «Санкт-Петербург и Страны Северной Европы» Материалы четвертой ежегодной международной научная конференции. Спб., 2003


Проблема изучения истории создания и деятельности «правительства» О.В. Куусинена заключается в том, что долгое время существовали лишь официальные документы этого «правительства», в которых фактически излагалась версия СССР относительно его образования и деятельности. Однако этих материалов было далеко недостаточно для того, чтобы понять истинное назначение провозглашенного правительства и определить истинных его творцов.

Поскольку все документы относительно образования этого «правительства» хранились «за семью печатями» в архивах Советского Союза, то становится понятным, что объективный анализ деятельности «кабинета» О.В. Куусинена в научном плане можно было осуществить лишь только после получения доступа к этим материалам.

Поэтому в течение не одного десятилетия с момента окончания второй мировой войны изучение истории т.н. «народного правительства Финляндии» носило весьма поверхностный характер. Исследователь в данном случае мог позволить себе лишь приблизительную реконструкцию прошлого по этому вопросу. Так в частности одним из первых, уже в 50-е гг., кто в научном плане коснулся данной проблемы, был финский историк и дипломат Макс Якобсон.i Он достаточно подробно остановился на деятельности «правительства» Куусинена и выдвинул ряд важных положений. Однако, ввиду крайней узости источниковой базы все они были основаны исключительно на личных представлениях самого автора.

В частности, М. Якобсон стремился определить конкретно тех, кто, по его мнению, нес груз ответственности за принятие решения о создании «народного правительства». При этом чуть ли не центральную роль в этом Якобсон отвел руководителю Ленинградского обкома и горкома парии, секретарю ЦК ВКП(б) А.А. Жданову. Характеризуя его, как «агрессивного, высокомерного и фанатичного молодого коммунистического лидера», М. Якобсон представил его «наиболее решительным из сторонников жесткой политики» СССР в отношении Финляндии.ii При этом Жданов, по мнению автора, имел в данном вопросе «восторженную поддержку» Куусинена, который, как указано в работе, «был в значительной степени ответственным в убеждении советских лидеров в гнилости капитализма в Финляндии».iii В результате следовало заключение: именно эти два человека сумели «убедить более осторожного Сталина, что непокорные финны могут оказаться быстро и безболезненно под каблуком» СССР.iv

Это мнение затем дружно подхватили другие исследователи и оно практически в априори стало доминировать во взглядах на проблему, связанную с образованием данного «правительства». Кроме того, некоторые из лиц, наблюдавших за происходившими в то время в Кремле событиями, таже считали, что тогда «Жданов – это второй Куусинен».v Другие же начали утверждать, что само решение Сталина об образовании «правительства» вообще было чудь ли не основано «на совете Жданова», который квалифицировался, как «отец идеи образования Народного правительства Финляндии и ее проводник».vi Тем не менее именно представление о том, что Жданов нес наиболее серьезный груз ответственности за приятие решения в Советском Союзе об образовании «народного правительства» Куусинена представляется однако в достаточной степени дискуссионным.

Открытые недавно в России ранее секретные советские документы позволяют более четко установить конкретный вклад того или иного высшего государственного и политического деятеля Советского Союза в создание «правительства» Куусинена накануне т. н. «зимней войны». При этом, признавая весьма активную роль, которую Жданов играл в процессе организации «народного правительства», все же пока нет прямых доказательств того, что именно он являлся автором самой идеи. Скорее всего, А. А. Жданов продумывал определенные детали, связанные с провозглашением и дальнейшей деятельность этого «правительства», но взгляды Сталина, а также Молотова по этому вопросу были не менее «смелыми» и они самостоятельно сами могли выдвигать подобного рода предложения. В этом отношении, по всей видимости, идея с созданием «народного правительства» являлась плодом прежде всего коллективного творчества советского руководства. Причем главным в этом процессе все же являлся сам И. В. Сталин.

Об этом можно судить по тому с кем и с какой регулярностью Сталин в то время встречался. Поскольку, безусловно, именно от его взглядов, объективно, завесило принятие того или иного решения. Анализ же регистрации лиц, которые посещали кремлевский кабинет И. В. Сталина, в этом смысле, может многое рассказать. Из записей лиц, вызванных в Кремль в октябре-ноябре 1939 г., создается достаточно ясная картина того, как тогда развивался процесс выработки и принятии решения относительно начала войны против Финляндии.

В то время на приеме у Сталина Жданов был 12 раз. Столько же раз там бывал и Куусинен, но вместе они у Сталина практически не встречались. Это произошло только два раза — 15 и 27 ноября. Молотов же, например, в то время бывал в рабочем кабинете Сталина 55 раз и всегда находился там, когда у Сталина был и Куусинен. Таким образом Жданов оказывался несколько в стороне при обсуждении конкретных дел, связанных с образованием «народного правительства». Более того, интенсивность встреч Куусинена со Сталиным постоянно нарастала по мере того, как приближалось время начала войны, тогда как Жданов же в это время практически в Москве уже не бывал. Из этого можно сделать вывод, что Жданов был тогда занят несколько другими делами.

Если учесть, что в это время шла активная подготовка войск Ленинградского военного округа к началу войны, то становится ясным, что Жданов должен был в Ленинграде заниматься прежде всего именно этим. Неподготовленность театра военных действий на северо-западе требовала от него, как руководителя ленинградской городской и областной партийной организацией, также как и от командующего ленинградским военным округом К. А. Мерецкова весьма энергичных действий в этом направлении, о чем свидетельствует, по крайней мере, то, что Жданов и Мерецков тогда усиленно «объезжали войска, проверяя их боевую готовность».vii

Таким образом у Жданова забот хватало в Ленинграде, в то время, как другой видный советский государственный деятель — Молотов регулярно тогда проводил с Куусиненом в сталинском кабинете встречи, что уже, очевидно, указывает на то, он в значительно большей степени был посвящен во все нюансы подготовки и создания правительства О. В. Куусинена чем Жданов. В результате из этих косвенных данных становится понятно, что именно он, а не Жданов являлся одним из активнейших участников организации марионеточного правительства.

Тем не менее, очевидно, что Жданову в советском руководстве отводилась все же одна из ведущих ролей, но он был в данном случае скорее исполнителем, нежели чем активным участником этого процесса. Так, в частности, уже до начала войны продумывался сценарий деятельности «народного правительства», причем одним из центральных положений являлось заключение СССР с правительством Куусинена договора о взаимопомощи и дружбе в начале войны. При этом первоначально предполагалось, что с советской стороны его подпишет именно Жданов. Но реально, на практике его все же документ подписал Молотов, что явно указывает на то, что Жданова даже в этом случае решили уже не привлекать. viii

Какие же все-таки задачи тем не менее могли выполняться тогда Ждановым?

Из архивных источников становиться ясно, что он, прежде всего, вынужден был решать текущие вопросы, которые были связанны с образованием «народного правительства», поскольку в самый канун войны будущие его члены уже собрались в Ленинграде. Из черновых записей, которые делал Жданов в своей рабочей записной книжке, видно, что он очень внимательно относился к тому, чтобы доставить будущих членов «правительства» на занятую советскими войсками территорию Финляндии в поселок Терийоки. Как отметил в своей записной книжке по этому поводу А. А. Жданов: «Териоки заняли утром. Деревья с проволокой… Железная дорога разобрана на 1 1/2 километра».ix Иными словами Жданов указал на те препятствия, которые были созданы отступающими войсками для того, чтобы можно было быстро добраться до поселка. При этом очевидно, что Жданов пытался это сделать как можно скрытно, создав видимость того, что это «правительство» образуется не по воле советского руководства. Поэтому, когда во второй половине дня 1 декабря членов «кабинета» Куусинена доставили на машинах из Ленинграда в Терийоки и они затем там самопровозгласились именно Жданов отрабатывал ту информацию, которая вскоре пошла в советскую печать. Тогда в органах массовой информации СССР давалось пояснение, что Декларация об образовании «народного правительства» является «радиоперехватом» и «переводом с финского». Как выяснилось позднее, эта заведомая неправда являлась именно изобретением Жданова. В делах его личного архива сохранился черновой текст этой Декларации, где он собственноручно написал эти две фразы.x Ждановым была также подготовлена и информация для ТАСС об образовании «народного правительства». Карандашный ее набросокxiявляется свидетельством того, в какой спешке сообщение рождалось.

Тем не менее сами эти «мероприятия» Ждановым, конечно, до этого уже глубоко продумывались. В его черновиках, хранящихся в архиве, также существуют записи для памяти, в которых он особо выделял необходимость указать, что первые документы, которые будут опубликованы советской печатью относительно «народного правительства» являются «радиоперехватом». Также продумывались заранее и в целом все пропагандистские действия, которые должны были быть связаны с началом войны.xii

Из этого также видно, что наибольший круг вопросов, за которые Жданов, судя по документам, отвечал, имели политический и идеологический характера. В частности, большое внимание он уделял пропагандистской поддержке мероприятиям, которые осуществляло «народное правительство». Жданов, например, требовал активизировать издательскую деятельность направленную на это ленинградского обкома и горкома партии, а также привлек для оказания помощи «правительству» Куусинена политотдел 7-й армии.xiii

Было обращено также большое внимание на выпуск листовок для населения и солдат Финляндии. Лично сам Жданов написал тексты ряда листовок.xiv xv Однако, как оказалась эта работа не достигала все же ожидавшегося результата. Так же как и организованные тогда радиопередачи для населения и армии Финляндии. Они велись через широковещательную радиостанцию Ленинграда с использованием материалов, которые готовились преимущественно в редакции газеты «народного правительства» «Кансан Валта». Председатель Ленинградского радиокомитета в своей докладной записке Жданову и другим руководителям Ленинградской партийной организации признавал в январе 1940 г., что ведущееся на Финляндию «специальное вещание крайне неэффективно и недоходчиво», оно «дает материал общего характера, мало доступный для финского радиослушателя».xvi

Другим вопросом, которым занимался Жданов, как накануне войны, так и в ее ходе был процесс создания и комплектования частей «финской народной армии». Так, уже в конце ноября нарком обороны К. Е. Ворошилов прямо информировал непосредственно Сталина, Молотова и Жданова о тех сложностях, с которыми советское командование сталкивалось в момент образования «финских частей».xvii В свою очередь Ленинградский обком партии производил персональный отбор коммунистов, владеющих финским языком, для направления их в спешном порядке на политическую работу в части формировавшейся части «народной армии». Всего в сводном списке лиц, проходивших соответствующий отбор, насчитывалось тогда 346 человек.xviii

В дальнейшем по мере начала и продолжения войны Жданов не прекращал отслеживать процессы комплектования «народной армии». Так, в частности, 7 января 1940 г. Жданов, а также члены «правительства» Куусинен и Анттила обратились к Сталину и Ворошилову в просьбой ускорить процесс развертывания еще двух дивизий «народной армии».xix Эта была весьма сложная задача и поэтому у высшего советского руководства просили начать новый призыв в эту «армию» из районов с финно-угорским населением. xx Эта просьба была поддержана Сталинымxxi и начался новый этап наращивания численности войск финской «народной армии».

Параллельно Жданов готовил и ряд весьма важных, основополагающих документов, связанных с «финской народной армией». В частности, еще в конце ноября вместе с начальником Главного политического управления Красной Армии Л. З. Мехлисом он занимался подготовкой текста военной присяги для этой «армии». Будучи тогда в Ленинграде, Мехлис прямо докладывал в Москву, что «посоветовался со Ждановым» и «он согласен, что к нашей присяге (то есть присяги Красной Армии. – В.Б.) приводить не следует».xxii

Впоследствии, в декабре 1939 г. эта работа приобрела уже более конкретный характер. За основу было взято Ждановым содержание «Военной присяги РККА» и в ней были заменены лишь отдельные фразы. Вместо «СССР» и «РККА» указывались соответственно «Финляндская Демократическая Республика» и «Финская Народная армия», а слово «трудящиеся» заменялось другим — «народом».xxiiiВ таком виде проект присяги был направлен Сталину и Ворошилову за подписью членов «народного правительства» Куусинена и Анттилы, также Жданова. В сопроводительном письме говорилось: «Приведение к присяге считаем целесообразным провести в самое ближайшее время. Просим вашего согласия».xxiv Действительно на этой основе присяга была утверждена в Москве, а затем ее уже приняли бойцы и командиры «финской народной армии».

Объективно тогда, в начале «зимней войны» деятельность Жданова, связанная с мероприятиями, проводившимися по поводу образованного «правительства» в Терийоки и дальнейшего комплектования «народной армии», приобрела особую активность. Все нити при решении практических (в ряде случаев чисто пропагандистских) вопросов в этой области тянулись именно к нему. Он пытался даже выяснять «с какой рации говорит финкорпус», каково «движение корпуса» его «обмундирование» и т.д.xxv Даже первые встречи бойцов и командиров «народной армии» находились «под контролем» у Жданова. 16 декабря в Терийоки эта встреча произошла. В этой связи, А. А. Жданов в своей записной книжке в перечне первоочередных пропагандистских мероприятий, которые необходимо было тогда осуществить, удовлетворенно отметил: «С корпусом познакомились. Командный состав собрали»,xxvi мероприятие провели.

О какой же в данном случае самостоятельности «правительства» Куусинена могла идти речь? Тогда буквально почти каждый из решавшихся этим «правительством» вопросов требовал санкции советского руководства и курировал эту проблему непосредственно Жданов, который объективно теперь повседневно играл направляющую роль в действиях «терийокского правительства».

Это также можно было отметить и относительно того внимания, которое Жданов уделял финскому населению, которое осталось на занятой советскими войсками территории Финляндии. Больше всего финских граждан оказалось на территории севернее Ладожского озера. Там в некоторых районах жители не были эвакуированы, о чем сразу же было сообщено в Жданову. Уже 2 декабря из Карельского обкома партии была отправлена срочная телеграмма: «Москва. ЦК Парт. тов. Жданову А.А. На всех участках наших частей противник при отступлении силой оружия эвакуирует гражданское население», однако затем сообщалось, что в ряде мест население все же осталось и оно «приветливо встретила наши части», но пока «сообщение об образовании Народного правительства Финляндии в занятых районах еще не доведено».xxvii Иными словами создавался фронт работ для деятельности «правительства» Куусинена.

В архивных материалах Куусинена существует документ, который был разработан еще до начала боевых действий. Это была инструкция: «С чего начать политическую и организационную работу на территории, освобожденной от власти белых».xxviii Текст данной инструкции был подготовлен «министром просвещения» Инкери Лехтинен,xxix но затем, судя по поправке, содержащейся на ее страницах, при ее дальнейшей доработке активное участие принимали сам Куусинен, а также Жданов.xxx В данном случае, Жданов не только играл роль в подготовке соответствующих инструкций, но и курировал в этом вопросе Карельский обком партии. Его первый секретарь Г. Н. Куприянов в докладной записке адресованной А. А. Жданову прямо заверил, что представители партийной организации Карельской республики будут всячески помогать в работе среди финского населения «народному правительству» и уже планировалось этих представителей «посылать по мере продвижения частей Красной Армии в глубь Финляндии».xxxi

В целом все мероприятия, проводившиеся на занятой советскими войсками финской территории с населением, осуществлялись по единой программе. Причем о ходе этой работы регулярно информировался Жданов, продолжая играть в данном случае весьма активную роль. Судя по документам, в наркомате обороны внимательно следили за тем, чтобы обо всех вопросах, связанных с проблемами взаимодействия с финским населением, непосредственно информировался именно Жданов. Когда, например, Ворошилов получил донесение от командования 8-й армии о передаче финского имущества на занятой частями Красной Армии территории Финляндии т.н. «комитетам народного правительства», то обратил на это особое внимание и написал резолюцию: «Знает ли т. Жданов, выяснить».xxxii

Однако по мере того, как деятельность «правительства» Куусинена становилась все более мало эффективной, внимание к нему со стороны Жданова начинает уже ослабевать. По свей видимости, в советском руководстве так и не была выработан достойное решение связанное с официальным провозглашением о самороспуске «народного правительства». Тем не менее работа в этом направлении определенная все же велась. Так 8 марта в разгар переговоров с финляндской правительственной делегацией в Москве Куусинен был опять приглашен в кремлевский кабинет к Сталину, где более двух часов шло совещание с участием Молотова, Жданова и Ворошилова.xxxiii Именно этот круг лиц непосредственно и занимался проблемами «народного правительства». Но официально возвещения о роспуске правительства так и не последовало.

Однако поскольку официально о самороспуске «правительства» Куусинена не было объявлено, сразу же после подписания мирного договора между СССР и Финляндией в различных кругах советской общественности стали возникать недоуменные вопросы относительно происшедшего. В информационной справке, подготовленной для Жданова в Ленинградском горкоме партии, отмечалось целая серия задававшихся тогда вопросов жителей города. В частности спрашивалось: «Что будет теперь с Народным правительством Финляндии? Где находится сейчас Куусинен?.. Где сейчас 1-й корпус Народного правительства Финляндии и что он теперь будет делать?» и так далее.xxxiv

Тем не менее 21 марта 1940 г. Куусинен, а также бывшие члены его «правительства» Анттила и Проконен были приглашены к Сталину в Кремль. Здесь состоялось их совещание, на котором также присутствовали представители партийных и советских органов Карелии, а также Молотов, Жданов и Ворошилов.xxxv Видимо тогда и была решена окончательная судьба этого «правительства». Часть бывших его членов вошли в руководство образовывавшейся тогда Карело-Финской Союзной республики, а «армия» переформировывалась и на ее базе образовывалась стрелковая дивизия. Так заканчивалась непродолжительная история связанная с «правительством» Куусинена.

Что же касается роли в создании и деятельности этого «правительства» Жданова, то она, несомненно, представлялась весьма фундаментальной, по масштабам ее можно даже сравнить с работой, которую тогда осуществлял сам Куусинен. Но, тем не менее, эта роль была скорее исполнителя общих решений чем идеолога и автора самой концепции.


Примечания:

i Jakobson M. Diplomaattien talvisota. Porvoo, 1955.

ii Ibid. P. 145.

iii Ibid. P. 145-146.

ivIbid. P. 145.

v Синицын Е.Т. Резидент свидетельствует. М., 1996. C. 43, 186.

viVladimirovV. Kohtitalvisotaa. Hels.-Keuruu, 1995. S. 188.

vii Воронов Н. Н. На службе военной. М., 1963. С. 135.

viii Архив внешней политики Российской Федерации (далее: АВПРФ). Ф. 06. Оп. 1. П. 18. Д. 194. Л. 8-13; Д. 194. Л. 36-40; Барышников Н.И., Барышников В.Н. Правительство в Терийоки // Зимняя война 1939-1940. Кн. 1. Политическая история. М., 1998. C. 177.

ix Российский государственный архив современной политической истории (далее: РГАСПИ). ф.77. Оп. 3. Д. 163. Л. 5.

x Там же. Оп. 1. Д. 887. Л. 1-5.

xi Там же. Л. 7-8.

xii Там же. Оп. 3. Д. 163. Л. 312-313.

xiii Там же. Оп. 1. Д. 894. Л. 5.

xiv Там же. Д. 765. Л. 20-21.

xv Там же. Л. 22.

xvi Центральный государственный архив историко-пполитических документов в Санкт-Петербурге (далее: ЦГАИПД СПб). Ф. 24. Оп. 2в. Д. 4598. Л. 1.

xvii Российский государственный военный архив (далее: РГВА). Ф. 33987. Оп. 3. Д. 1380. Л. 1.

xviii ЦГАИПД СПб. Ф. 24. Оп. 2в. Д. 3929. Л. 83, 53.

xix Там же. Д. 1. Л. 25.

xx Там же.

xxi Веригин С.Г. Финская народная армия в зимней войне 1939-1940 гг. // Общественно-политическая история Карелии ХХ века. Очерки и статьи. Петрозаводск, 1995. С. 102.

xxii РГВА. Ф. 33987. Оп. 3. Д.1384. Л. 2.

xxiii РГАСПИ. Ф.77. Оп. 3. Д. 163. Л. 120.

xxiv РГВА. Ф. 34980. Оп. 9. Д.1. Л. 2.

xxv РГАСПИ. Ф. 77. Оп. 3. Д. 163. Л. 312-313.

xxvi Там же. Оп. 1. Д. 891. Л. 1.

xxvii Государственный архив общественно-политических движений и формирований Республики Карелия (далее: ГАОПДФ РК). Ф. 3. Оп. 5. Д. 272. Л. 43.

xxviii РГАСПИ. Ф.522. Оп. 1. Д. 46. Л. 23.

xxix Rentola K. Rentola K. Kenen joukoissa seisot? PorvooHels.-Juva, 1994. s. 174.

xxx РГАСПИ. Ф.522. Оп. 1. Д. 46. Л. 34; Ф. 77. Оп. 1. Д. 889. Л. 19-25

xxxi ГАОПДФ РК. Ф. 3. Оп. 5. Д. 278. Л. 9.

xxxii РГВА. Ф. 37977. Оп. 1. Д.238. Л. 18.

xxxiii Посетители кремлевского кабинета И. В. Сталина // Исторический архив, 1996, № 2. С. 10.

xxxiv ЦГАИПД СПб. Ф. 24. Оп. 2в. Д. 4020. Л. 125-128.

xxxv Посетители кремлевского кабинета И. В. Сталина. С. 12.

Поделиться ссылкой:
  • LiveJournal
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Tumblr
  • Twitter
  • Facebook
  • PDF

Постоянная ссылка на это сообщение: http://rabkrin.org/baryishnikov-v-n-rol-a-a-zhdanova-v-sozda/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *