«

»

Мар 28 2013

Распечатать Запись

Солдат. Рассказ.

— Товарищи офицеры!

Все встали. Вошедшие в комнату для совещаний Директор ФСБ, его референт, и полковник Виктор Андреев из Аналитического Управления прошли к столу и сели за приготовленные для них места. Кроме Андреева.

— Все собрались? – спросил Директор, оглядывая офицеров. И, не дожидаясь ответа, махнул рукой Андрееву: — Начинайте, Виктор Алексеевич.

Андреев включил стоящий на столе ноутбук , видеопроектор, аккуратно вытянул белое полотно экрана из черного рулона над презентационной доской за своей спиной. Так же молча дождался загрузки операционной системы «Нева-12» на компьютере. Выбор системы – страшно глючной, по сравнению с западными, в Конторе называемой «Иван Дурак Профешэнэл» – говорил об особой важности находящейся на компьютере информации.

Андреев нажал кнопку. На экране возникло изображение человека. Темные короткие волосы, немного южный тип лица, лет 30-35.

— Это организатор нападения на кортеж Евгения Калина по кличке Генерал, на Дмитровском шоссе в прошлом месяце. Вы, без сомнения, в курсе.

Все закивали. Дело было громкое – Генерал, фактический хозяин наркотраффика из Афганистана и Европу, ехал в сопровождении двух машин с вооруженной до зубов охраной – и был убит в результате хорошо спланированной и не менее хорошо проведенной атаки неизвестной боевой группы. С ним был уничтожен генерал погранслужбы Таджикистана и один неизвестный, опознанный позднее как офицер ЦРУ – что сняло возникшее поначалу предположение, что за атакой могли стоять американцы.

— Фотографию сумел сделать наш секретный сотрудник, внедренный в одну экстремистскую организацию левого толка в Москве. Первоначально предполагалось, что это просто один из боевиков, участвовавших в нападении на Калина.

Андреев нажал клавишу на компьютере. На экране возникло другое изображение – человек в штатском с автоматом в руках что-то говорит двум офицерам – тоже с автоматами в руках.

— Это съёмка оперативного наблюдения у Белого Дома в сентябре 1993 года. Как вы видите, это тот же самый человек. По картотеке ФСБ на участников тех событий со стороны Верховного Совета это – Олег Леонидович Воронцов, год рождения неизвестен, входил в специальный отряд «Молния», чьей задачей предполагался арест или даже уничтожение Ельцина. Командир отряда Александр Ждан, живущий сейчас в Приднестровье, и опрошенный нашими сотрудниками, указал на то, что Воронцов был одним из его самых лучших подчиненных, после расстрела здания ВС ушел по подземным коммуникациям сам и увел подчиняющуюся ему группу – вместе с оружием – и с тех пор у него нет информации о них.

— Нахождение на свободе боевика такого уровня руководство ФСБ рассматривает как факт чрезвычайно опасный, — директор ФСБ в знак подтверждения кивнул, — Поэтому была сформирована оперативная группа по поиску и задержанию Воронцова. В группу был включен один из сотрудников, участвовавший как консультант в написании книги по истории деятельности органов госбезопасности в годы войны – и именно он обратил внимание на факт, который сделал дело Воронцова уникальным.

— Вся информация рассказанная далее имеет категорию секретности «Литер А» — вмешался референт Директора ФСБ.

Присутствующие переглянулись. Директор снова кивнул. Андреев продолжал.

— На территории Белоруссии во время войны действовал довольно необычный отряд под командованием некоего Ангела. О деятельности отряда Центральному штабу партизанского движения  в Москве стало известно по сообщениям отрядов, имевших связь со Штабом, и докладывающих о взорванных мостах и уничтоженных небольших группах немецких карателей в районе севернее Борисова. Затем группа Ангела отбила у эсэсовцев раненого радиста НКВД вместе с передатчиком и установила связь с Москвой. Там отнеслись к Ангелу с недоверием, предполагая игру со стороны немцев. Тем не менее, исходя из оперативной обстановки на фронте,  группе были поставлены несколько задач, которые она успешно выполнила, и это было подтверждено другими партизанскими отрядами. Для группы Ангела была также характерна охота за немецкими офицерами и их пособниками, входившими в состав немецких айнзацгрупп, занимавшихся уничтожением советских граждан на оккупированной территории. Достоверно известно, что Ангел, переодетый в форму офицера вермахта, лично застрелил несколько немцев из СД. Если бы Ангел был в кадрах НКВД или армии, он, без сомнения, был бы награжден высшими государственными наградами, но, до самого уничтожения группы в 1944 году, в Москве было очень  сильное недоверие к ней – потому что группа, по мере освобождения Белоруссии, избегая соприкосновения с наступающими частями Советской Армии, уходила на запад – продолжая устраивать акты диверсии в тылу немецких войск, а потом перешла на территорию Польши. Последнее, что о них известно, это что группа объединилась с одним из небольших отрядов Армии Людовой Польской рабочей партии – и в 1944 году была уничтожена в Жешувском воеводстве – по одним данным – немцами, по другим – поляками из прозападной Армии Крайовой. После войны в архивах СД была найдена фотография Ангела.

Андреев нажал клавишу ноут-бука. Но экаране появилось изображение человека в немецкой форме. Это был тот, кто в 1993 году назывался Воронцовым.

Офицеры ахнули. Сходство было стопроцентное.

— Можете себе представить наше удивление, — почти с удовлетворением от достигнутого эффекта продолжил Андреев. – После этого была сформирована специальная группа по работе с архивами, и вот ее результаты.

Нажатие кнопки. Новая фотография.

— Греция, ЭЛАС, Греческая коммунистическая освободительная армия, Димитриос Андреадис, 1948 год.

Нажатие клавиши. Новая фотография.

— Куба, вторая партизанская колонна «Антонио Масео»,  Рафаэль Кинтеро, 1958 год. Погиб вместе со Сьенфуэгосом в авиакатастрофе.

Еще нажатие.

— Испания, Первый батальон 13-й интербригады «Чапаев», Георг Моррис, 1937 год, позднее входил в специальную партизанскую группу на территории, занятой франкистами, по некоторым сообщениям убит в 1939 в районе французской границы.

Новая фотография.

— Австрия, город Винер-Нойштадт, Ганс Шмидт, командир отряда Шютцбунда – военизированных отряды социал-демократов левого толка, 1934 год.

Новая.

— Чили, патриотический фронт имени Мануэля Родригеса, вооруженное крыло коммунистов, так называемый товарищ Хорхе, участник покушения на Пиночета, 5 охранников Пиночета убито, сам диктатор чудом остается жив. Хорхе бежал, след его теряется.

Андреев закрыл последнюю фотографию, помолчал.

— Был еще ряд фотографий, но изображения на них слишком нечеткие, чтобы мы могли гарантировать точное сходство изображенных с Воронцовым. Как это было сделано в предыдущих случаях – при этом с использованием современнейшего программного обеспечения. Тем не менее и там сходство имеется.

— Но и это не все.  Эта фотография сделана в 1919 году на Южном фронте. На ней изображено вручение Львом Троцким почетного оружия особо отличившимся в борьбе с Деникиным командирам Красной Армии. Обратите внимание на человека справа.

Он снова нажал на клавишу. Новая картинка. Среди стоявших людей в буденовках и шинелях, стоявших перед председателем Реввоенсовета, был все тот же человек.

— Дункан Маклауд! – ахнул кто-то из сидевших. Директор ФСБ поднял брови от удивления. Референт тут же что-то стал шептать ему на ухо. Все присутствующие переглянулись, теперь понимающе – Директор был известен своей туповатостью, которая компенсировалась почти холуйской преданностью Президенту. Впрочем, почему почти?

— Итак, мы имеем следующее. В 20-м веке в разных странах в разное время среди вооруженных формирований левой и коммунистической направленности, а также на территории Белоруссии в партизанском отряде находился человек возрастом примерно 30-35 лет, занимающийся проведением специальных операций  или партизанской деятельностью. Идет ли речь об одном и том же человеке – версия «Горец» — или это все-таки разные люди – версия «Клон» — нам и предстоит выяснить. Потому что этот человек найден и за ним установлено наблюдение. Три дня назад в ОВИР одного из районов Москвы поступило заявление от гражданина Потапова Геннадия Сергеевича на получение загранпаспорта. На прилагаемых к заявлению фотографиях – Воронцов, или, как было решено его называть, Объект.

Слово взял Директор.

— Учитывая чрезвычайный характер происходящего, дело взято на контроль самим Президентом. С этого момента все присутствующие входят в специальную группу под руководством полковника Андреева Виктора Алексеевича. Доклады мне – ежесуточно. Объект ни в коем случае не должен уйти, учитывая его чрезвычайную опасность. В случае угрозы потери и ухода Объекта – немедленное уничтожение. Вопросы есть?

Офицеры промолчали.

***
Воронцов-Потапов был взят на удивление спокойно. Когда он выходил из подъезда своего дома в районе Речного вокзала. Оружия при нем не было. Как не было его обнаружено и в его однокомнатной квартире.  И вел себя Воронцов-Потапов тоже удивительно спокойно.

Отвезли его в центр по работе с особо важными агентами, расположенным на территории, относящейся к ФСБ и охраняемой по такому случаю сформированной ad hoc – на этот случай – группой из лучших бойцов ФСО, ФСБ, ГРУ и МВД. Охрана образовывала три периметра непроходимой извне и вовне обороны, а в центре их  был небольшой домик. Под домиком, на глубине 25 метров, находился бункер, в одну из камер которого Объект, он же Воронцов, был помещен.

Процедура допроса была разработана заранее. Комнату наводнили разнообразной теле- и радиоаппаратурой, в стол был вмонитрован радиоуправляемый фугас, приводимый при необходимости в действие из другой комнаты, отделенной почти метром железобетона. На случай выхода Объекта из под контроля. Андреев предлагал сначала провести комплексное научно-медицинское обследование Объекта, но Директор ясно дал понять, что этого делать не нужно. Явный страх, испытанный наверху, не прошел и после того, как Воронцов был изолирован.

          ***
— Как Вас зовут?

— Можете звать Воронцовым. Можете Потаповым.

— А может быть Гансом Моррисом?

— Можете Моррисом. Разницы никакой.

Арестованный был спокоен, даже скорее скучал. Он сидел в небрежной позе на наглухо приваренном к полу металлическом стуле, разглядывал свои руки, стоящий перед ним стол, пол, стены, потолок.

— Год рождения?

— Вы действительно хотите это знать?

— Спрашиваю здесь я.

Арестованный только что не зевнул.

— Сколько раз я слышал эту фразу, даже один раз от ваших предшественников, перед войной.

Полковник Андреев мельком посмотрел на главную видеокамеру. Он знал, что эта фраза вызовет интерес всех, кто за допросом наблюдает.

— Что вы имеете в виду? Вас уже задерживали?

— Да, как-то один Ваш коллега допрашивал меня в кабинете на Лубянке. Очень был горячий молодой человек.

— Итак, год рождения?

— Ну, где-то 90-й год до нашей эры, — улыбнулся арестованный. — Точнее сказать не могу. Увы.

Андреев долго молчал.

— Это шутка? – холодно спросил он.

— Вы спросили, я ответил, — сказал арестованный.

— Этого не может быть, — растерявшись, сказал Андреев.

— Никакого другого ответа у меня для вас, полковник, нет, — пожал плечами арестованный. Продолжил. – Знаете, давайте не будем терять время. Я родился во Фракии, где-то в 90-м году до нашей эры, был рабом в Римской Империи, попал в школу гладиаторов, принимал участие в восстании рабов, в вашей историографии известном как восстание Спартака. С тех пор воюю – фактически третью тысячу лет. Я понимаю, что это для вас звучит безумно, но другого я сказать не могу, а врать не хочу.

— Вы знаете, что в распоряжении спецслужб есть средства для выяснения истины? – спросил Андреев. Добавил: – В том числе и об атаке на Дмитровском шоссе.

— Бить будете? – ухмыльнулся арестованный. – Знали бы Вы, как били меня в Кантоне, в 24-м году 20-го века. Вот там были специалисты. Гестаповцы по сравнению с ними – сущие дети.

— Есть другие способы, — сказал Андреев.

— Сыворотка правды? Знакомая штука. В Аргентине в 80-м году того же века цэрушники пробовали. Без толку. Я ведь жил пару сотен лет в Тибете – в Европе было тогда решительно нечего делать, ну и научился там многому за это время. Кстати, эти парни «гринго» из ЦРУ плохо кончили – их «монтонерос» превратили в решето. Вот я скажу вам мощные были партизаны, хотя марксисты и неважные. Я ими до сих пор горжусь.

И добавил:

— Вообще, двадцатый век был бурным. Впрочем, этот тоже будет явно неспокойным.

— Хорошо, предположим, я Вам поверю. И что Вы делали потом? После Римской империи?

— После того, как Спартака разбили? Жил. Времена были мутные и смутные – распад Римской Империи, потом темные века, феодализм, средневековье. Вот и на Тибете пожил. Но обычно работа находилась – человеческое стремление к свободе неистребимо, знаете ли. Правда, поначалу все было в религиозной оболочке, иногда очень  трудно разобраться, но я учился. Времени читать книги, как вы понимаете, у меня хватало. Потом уже стало легче – «левеллеры» в Англии, «бешеные» во Франции. Кстати, Марат поразительно напоминал Ленина – так же умел безошибочно слышать голос масс.

— И сколько иностранных языков Вы знаете?

— Сколько? Пятьдесят, наверное. Из них, правда, пять мертвых. Готский, потом еще этот…

— Так что, Вы бессмертны? — перебил Андреев.

— Бессмертен? – арестованный пожал плечами. – Не думаю. Когда произойдет тот самый последний и решительный бой, я, наверное, стану обычным человеком. Заведу семью, детей…

— Последний и решительный бой? – переспросил Андреев. Потом немного скривился: — А, Вы про это… И какое научное объяснению такому факту?

— Научное? – задумался Вороноцов. – Чего не знаю, того не знаю. Какая-то странная флуктуация. Впрочем, этим словом можно объяснить что угодно – даже чудо. Так что… сам не знаю, хотя и много думал об этом.

Андреев подумал. Встал.

— Я вынужден сделать перерыв.

***
Директор выслушал доклад рассеянно.

Потом, пошуршав бумагами, сказал:

— Все это очень интересно, конечно. И ученых бы надо пригласить, и врачей, и историков. Но…

Он вздохнул.

— Наверху принято решение – Объект уничтожить. Немедленно.

— Почему?

— Он очень опасен. Мы вызвали из Приднестровья его командира – Александра Ждана. Тот про него много рассказал – они были долгое время вместе, он единственный, кто видел Объект в реальной ситуации. Это не просто боевик – это супербоевик. Мы даже не можем знать всех его способностей. И, возможно, он про них нам и не расскажет. А просто уйдет, когда посчитает нужным – и тогда нам придется жить в постоянном страхе, что он нанесет удар – по кому угодно. Вплоть до Президента.

— Товарищ Директор, я не думаю, что это правильное ре…

— Решение принято, полковник. И осуществить его я поручаю Вам – как человеку опытному.

Директор весьма прозрачно намекнул на участие Андреева в акции по уничтожению популярного в армии генерала, чья ликвидация была обставлена как конфликт на личной почве в семье. Генерала сочли крайне опасным для тогдашнего президента.

— Слушаюсь, товарищ Директор.

— Тело передадите в научно-исследовательский отдел. Но гарантия уничтожения должна быть абсолютной. Я не знаю, нужно ли отрезать голову – он поморщился – но тело охранять так же, как живого. Вам ясно?

— Ясно.

***
Андреев открыл камеру:

— Выходите, Воронцов, или как Вас там, сейчас будет очная ставка.

Арестованный поднялся с постели, потянулся.

Вышел из камеры. В коридоре никого не было, хотя за каждой дверью сидело несколько вооруженных до зубов офицеров.

Андреев сунул руку в карман, но Воронцов вдруг повернулся к нему:

— Мне Вас жалко, полковник.

— Вы о чем? – попытался сухим тоном скрыть свою растерянность Андреев.

— Служите неправому делу, хотя и хороший профессионал. Палачом вот сейчас станете – или раньше, наверное, уже убивали людей, да? А ведь умирать очень больно, полковник.

Андреев – уже трясущейся рукой – вынул пистолет и выстрелил Воронцову в грудь. Еще раз. Еще.

Тут же стали открываться двери в коридоре – из них появились офицеры с оружием в руках. Кто-то подошел к лежащему телу, сделал аккуратно контрольный выстрел в голову.

Андреев, не оглядываясь, прошел к лифту, поднялся на два уровня выше, прошел в Коммуникационный Центр. Взял трубку аппарата прямой связи с Директором:

— Товарищ Директор, задание выполнено.

— Спасибо, Виктор Алексеевич. Теперь езжайте домой, отдохните до утра. Берите служебную машину – и домой.

И повесил трубку. Андреев – усталый и разбитый – все же мельком подумал, что сейчас, наверное, Директор уже говорит с Президентом.

До дома долетели быстро – спецсигналы, спецномер. Дома Андреев не стал ничего есть – перед глазами было лежащее на бетонном полу окровавленное тело, — не стал принимать душ, а разделся и сразу лег спать.

***
Солдат открыл глаза, сразу прошел в ванну – в квартире разбирался как у себя дома — никогда не существовавшего – какая-то остаточная память будет держаться несколько дней. Из зеркала на него смотрело знакомое лицо – темные короткие волосы, шрам на переносице. Который почему-то не исчезал после каждого Перехода, в отличие от других ранений. Как всегда, тело немного ныло и болела голова. Но это было привычно и пройдет через пару дней.

Одежда у полковника была на размер побольше, но не критично. Вообще в этот раз Переход произошел идеальный – потому что Андреев жил один. Иногда это длилось гораздо дольше – прежде, чем сложится подходящий для Перехода момент.

Солдат знал, куда он сейчас отправится, и кто поможет ему с новыми документами. Хотя выезжать из страны придется кривым путем – через Украину. Подавать документы в ОВИР было ошибкой.

Времени позавтракать уже не было – да и аппетит, обычный после Перехода, придет только через несколько часов.

Солдат выбрал наспех что-то из одежды Андреева, оделся, сунул в карман несколько купюр разного достоинства, вышел из квартиры – запирать дверь не стал. Вышел на улицу, быстро пошел в сторону метро – остаточная память работала, хотя вряд ли Андреев на метро ездил часто. Уже подходя к метро, он услышал за спиной звуки сирен. Не оглянулся – он и так знал, что сейчас к дому, где жил полковник, подъезжает много разного типа машин с вооруженными людьми. Потому что утром в спецморге ФСБ обнаружено совсем не то расстрелянное и окровавленное тело — тело  полковника Виктора Алексеевича Андреева.

В газетном киоске перед метро купил по обыкновению газету, открыл ее сразу на странице международной политики, еще спускаясь на эскалаторе. За время его ареста обстановка в мире не изменилась. «Ну что ж, значит снова воевать с американцами» — подумал Солдат, сунул газету в карман и сел в набитый битком вагон метро.

Поезд тронулся и нырнул в темный тоннель.

Поделиться ссылкой:
  • LiveJournal
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Tumblr
  • Twitter
  • Facebook
  • PDF

Постоянная ссылка на это сообщение: http://rabkrin.org/soldat-rasskaz/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *