Жуков А.Ф. * Ижевский мятеж эсеров-максималистов * Статья

Весна 1918 года. Ряд антисоветских мятежей, вспыхнувших в Советской России сразу же после Октябрьской революции, подавлен. Заключен Брестский мир. Страна «получает возможность на известное время сосредоточить свои силы на важнейшей и труднейшей стороне социалистической революции, именно — на задаче организационной»1 . Но кадетско-монархическая контрреволюция собирает силы для нового этапа вооруженной борьбы против Советской власти, и в этом ей активно помогают соглашатели: правые эсеры и меньшевики. Нередко выступают против завоеваний социалистической революции левые эсеры, эсеры-максималисты и анархисты.

Развернувшаяся тогда борьба Коммунистической партии и рабочего класса с «левыми» изучена меньше, чем борьба с правой контрреволюцией, и как бы неравномерно. Довольно полно исследован левоэсеровский мятеж в Москве в июле 1918 г.; есть работы об июльской вылазке левого эсера М. А. Муравьева на Восточном фронте; опубликованы сведения о деятельности большевиков по ликвидации анархической угрозы и разоружению анархистов весной 1918 года2 . Менее изучены события в Ижевске (апрель 1918 г.), когда эсеры-максималисты, опираясь на вооруженные силы, выступили против местного Совета под лозунгом «защиты» революции от коммунистов. Конфликт был разрешен практически бескровно, что свидетельствует об умелом и трезвом подходе большевиков к политическим противникам.

Эсеры-максималисты на политической арене России появились в период революции 1905 — 1907 гг., отколовшись от эсеров. Они были сторонниками самых острых форм борьбы и призывали к осуществлению сразу социалистической революции. После поражения первой российской революции максималисты надолго сошли с политической сцепы и появились вновь после Февральской буржуазно-демократической революции. В период от Февраля до Октября они проделали политическую эволюцию от поддержки Временного правительства и соглашателей до поддержки большевиков в борьбе за переход власти в руки Советов. В Октябрьской революции максималисты шли за большевиками. Да и большевики были готовы сотрудничать с ними по конкретным вопросам борьбы против буржуазии и соглашателей.

К лету 1917 г. в Ижевске усилилось размежевание между большевиками и меньшевиками, в результате чего из существовавшей там ранее объединенной социал-демократической организации, в которой преобладало влияние меньшевиков, выделилась группа большевиков. К июлю в ней насчитывалось около 500 членов. Размежевание произошло и в среде эсеров. Ижевский комитет большевиков сообщал ЦК партии о том, что в городе образуется организация максималистов3 . На первых порах и в Ижевске максималисты солидаризировались с большевиками. Когда ленинцы развернули кампанию за отзыв соглашателей из Совета и замену их революционно настроенными рабочими, максималисты поддержали большевиков. Уже в сентябре большевики, максималисты и беспартийные, поддерживавшие их, составляли в Совете большинство4 . Максималисты выступили на стороне большевиков и в октябрьские дни.

26 октября в Ижевск пришла телеграмма Петроградского Совета с просьбой поддержать его требование перехода всей власти II Всероссийскому съезду Советов. Большевики и максималисты совместно обсудили ее и решили поддержать Петроградский Совет, действуя в контакте. 27 октября при обсуждении событий в Петрограде на заседании Совета максималисты заявили, что целиком присоединяются к сказанному большевиками. Присоединились они и к резолюции большевиков по этому вопросу5 . После получения сведений о взятии власти II Всероссийским съездом Советов и аресте Временного правительства Ижевский Совет постановил, что вся власть в городе принадлежит Совету рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.

Но, по мере развития социалистической революции, между большевиками и максималистами усилились разногласия, прежде всего по вопросу о диктатуре пролетариата. Весной 1918 г. максималисты открыто встали в оппозицию к Советской власти6 . Теперь для борьбы с большевиками они готовы были использовать любые силы и средства, не гнушались даже деклассированными элементами. С марта 1918 г. отряды Красной гвардии, в которых максималисты захватили руководство, перешли к открытому террору. Они бесчинствовали как в Ижевске, так и в его окрестностях. Это вызывало законное возмущение трудящихся. Попытки вмешательства Совета максималисты отвергали. Более того, когда председатель Совета большевик И. Д. Пастухов выразил решительный протест против преступных действий, в его адрес со стороны Штаба отрядов Красной гвардии раздались угрозы физической расправы.

События происходили в тот период, когда страна приступала к организации Красной Армии как классовой вооруженной силы, способной отстоять завоевания социалистической революции. Декрет о создании Рабоче- Крестьянской Красной Армии был принят 15 января 1918 года. Ижевский городской комитет большевиков и Совет в целях реализации декрета решили провести реорганизацию Красной гвардии. Ее штабу было предложено издать приказ о сдаче оружия. Однако максималисты развернули демагогическую агитацию среди бойцов, и на общем собрании было принято решение оружия не сдавать.

Максималисты стали добиваться отмены решения Совета о реорганизации Красной гвардии. Вели они себя все более вызывающе. Пользуясь тем, что Штаб отрядов Красной гвардии находился в том же помещении, где и Совет, максималисты обыскивали его членов. Рабочие, возмущенные поведением максималистов, принимали резолюции в поддержку Совета и об отзыве из Красной гвардии рабочих, не выполнивших решение до 5 апреля 1918 года7 . Однако положение оставалось прежним. Возникает вопрос, почему Красная гвардия в Ижевске превратилась в вооруженную силу, оппозиционную большевикам и Совету, в опору максималистов в их политической борьбе против большевиков?

Большевики Ижевска стали вооружаться еще летом 1917 года. Уже в июле при активном участии старых большевиков И. Д. Пастухова, В. А. Шумайлова, В. А. Матвеева и других организовалась нелегальная дружина, оружие для которой собирали или изготовляли из металлолома. 1 сентября 1917 г. на внеочередном заседании Совета в связи с корниловским мятежом было принято решение об организации Комитета по охране революции, В него должны были войти по одному представителю от всех социалистических организаций, солдат и милиции, два представителя от исполкома Совета, три — от Юго-Камского районного комитета.

На многопартийной основе стала создаваться и боевая дружина. В связи с ее организацией исполком Совета предъявил исполнявшему должность начальника Ижевских заводов требование о выдаче комитету 500 винтовок, 50 револьверов и 75 тыс. патронов. 5 октября 1917 г. Ижевский Совет, учитывая, что нет гарантий от новой корниловщины, высказался за немедленную организацию Красной гвардии из лиц, рекомендованных социалистическими партиями, и поручил исполкому ее вооружение8 .

Максималисты-красногвардейцы.

Красная гвардия Ижевска после Великого Октября сыграла заметную роль в борьбе против органов Временного правительства, за установление Советской власти. По решению исполкома Совета от 20 декабря 1917 г. был организован специальный «летучий отряд» численностью в 100 человек из рабочих. Однако в последующие месяцы внимание большевиков к Красной гвардии было ослаблено, и ее Штаб оказался под влиянием максималистов. Среди некоторых красногвардейцев тоже имелась почва, благоприятная для максималистской агитации.

Еще в начале 1917 г. Временное правительство «для поддержания порядка» на заводе в связи с забастовкой направило в Ижевск два батальона, Солдаты одного из них сразу поддержали большевиков, а солдаты второго, «обманутые и запуганные офицерьем, сопротивлялись» и только перед Октябрем в результате агитации рабочих «дали обещание не выступать против большевиков». Вот эти группы и стали опорой максималистов9 .

Насколько серьезен был конфликт в городе? Каким было соотношение сил большевиков и сочувствующих им, с одной стороны, и максималистов- «красногвардейцев» — с другой? К началу марта 1918 г., по мнению и большевиков, и максималистов, силы были примерно равны. Заместитель председателя исполкома С. И. Холмогоров отметил, что в распоряжении военного отдела Совета, созданного для организации Красной Армии, столько же сил, сколько у максималистов. Но формирований Красной Армии еще не было, а военный отдел Совета имел лишь один пулемет, винтовки и револьверы без патронов10 , в то время как у «красногвардейцев» было два трехдюймовых орудия, семь пулеметов, гранаты, много стрелкового оружия и патроны. Кроме того, в Ижевске готовились в подполье белогвардейские формирования. Как они поведут себя, было неизвестно11 . Положение в городе складывалось достаточно серьезное.

В Казань, являвшуюся центром военного округа, чтобы проинформировать о сложившейся ситуации и просить помощи, был направлен большевик В. Ф. Фокин. 7 апреля 1918 г. адъютант военного комиссара Казанской Советской республики Замятин обратился к председателю Сарапулского уездного Совета с просьбой выяснить положение в Ижевске (Ижевск входил в состав Сарапулского уезда), но не получив необходимой информации, сам связался с Ижевском. Он попросил пригласить для переговоров председателя или члена исполкома Совета. К аппарату подошел один из лидеров максималистов, Ф. Истомин, и, назвавшись большевиком Холмогоровым (заместителем председателя исполкома), заявил, что в городе все спокойно, Красная гвардия разоружается, создается Красная Армия и никакой помощи не требуется.

Лента переговоров в тот же день была просмотрена комиссаром ижевского телеграфа Загоскиным, который срочно вызвал к аппарату Замятина, и 8 апреля состоялся второй разговор Казани с Ижевском. На этот раз с Замятиным говорили и Загоскин, и Холмогоров. На вопрос о положении в Совете и отношении к нему Красной гвардии Холмогоров ответил, что Совет состоит из представителей всех социалистических партий, руководят большевики, председатель и его товарищ (заместитель) — большевики; Красная гвардия решению Совета о ее реорганизации не подчинилась, терроризирует население, рабочие озлоблены. Учитывая, что при чистке Красной гвардии возможно кровопролитие, Холмогоров просил оказать помощь вооруженной силой до 200 человек12 .

14 апреля состоялось экстренное заседание Ижевского Совета, на котором присутствовали также делегации из Вятки, Екатеринбурга и Казани. Оно было посвящено реорганизации Красной гвардии. В результате детального обсуждения вопроса была принята резолюция, предложенная Ижевским комитетом РКП (б) (85 — за, против — 40, при 28 воздержавшихся). В ней указывалось, что все оружие, находящееся в распоряжении военного отдела Совета, отрядов Красной гвардии и других организаций, временно должно быть передано в распоряжение делегаций, а для его охраны большевиками и максималистами выделено одинаковое количество солдат. После того как военный отдел Совета будет реорганизован (в него войдут три большевика и два максималиста), оружие перейдет в его распоряжение, и он приступит к формированию Красной Армии и переформированию Красной гвардии. После реорганизации Красной гвардии ее центральный штаб будет состоять из пяти человек — трех выбранных общим собранием красногвардейцев и двух представителей от большевиков и максималистов — и станет полностью подчиняться Совету: он не сможет производить аресты, обыски и пр. без санкции судебно-следственной комиссии при ревтрибунале или, в экстренных случаях, исполкома Совета.

Формирования Красной Армии и Красной гвардии, говорилось в резолюции, должны быть готовы выступить как против внутренней контрреволюции, так и против внешней, причем оговаривалось, что Красная гвардия выступает лишь «в исключительный момент». В резолюции содержалось также требование немедленно начать тщательное следствие по всем совершенным Красной гвардией преступлениям и виновных предать военному трибуналу. Контроль за проведением резолюции в жизнь возлагался на делегацию Казани до полного разрешения конфликта13 .

15 апреля максималисты заявили, что они не станут выполнять решение Совета и не сдадут оружия до тех пор, пока не будет сформирована Красная Армия и ее отряды не отправятся на фронт, т. е. пока из города не будут выведены воинские части, преданные Советской власти. В связи со сложившимися обстоятельствами 20 апреля «для водворения революционного порядка в городе Ижевске, нарушенного контрреволюционерами и уголовными группами лиц», был образован Революционный полевой штаб в составе председателя Л. Е. Берлина, прибывшего ранее из Казани, и большевиков Ижевска Холмогорова и Фокина. Город объявлялся на военном положении, запрещались собрания и митинги без ведома штаба, самовольные обыски, реквизиции, аресты и пр.

В тот же день Полевой штаб обратился к рабочим, работницам и крестьянам с воззванием, в котором говорилось, что Красная гвардия в городе переродилась из защитницы Советской власти в сборище преступных лиц, чинящих беззаконие. «Красногвардейцы» и максималисты, оказывающие им поддержку, категорически отказались сдать оружие, рассчитывая разгромить Совет и захватить власть в городе. Революционный полевой штаб просил рабочих, работниц и крестьян соблюдать спокойствие, но быть готовыми, если не удастся разрешить инцидент без кровопролития, при первом призыве выступить в защиту Совета. В рядах «красногвардейцев» насчитывалось 700 хорошо вооруженных людей, к тому же максималисты стягивали в город своих сторонников из близлежащих мест. У большевиков было 380 человек14 .

Днем Революционный полевой штаб направил к мятежникам С. Комлева и М. Ф. Смирнова, которые вручили им ультиматум, подписанный Холмогоровым и Фокиным. Союзу максималистов и Штабу отрядов Красной гвардии предлагалось сдать оружие. В течение двух часов со времени вручения ультиматума десять человек — представители максималистов и «красногвардейцев» могли это сделать в случае согласия через парламентеров. Если мятежники откажутся принять предложения Полевого штаба, то последний начнет военные действия. На сами переговоры штаб отводил 20 мин., а также предупреждал, что в случае насилия над его представителями к Союзу максималистов и Красной гвардии будут приняты самые жесткие меры15 .

Комлев впоследствии вспоминал: «Когда я и т. Смирнов явились в помещение Союза, мы были окружены и обысканы максималистами. Все они были в сборе и, видимо, готовились к бою. На окнах стояли пулеметы, направленные к зданию Совета и на Куренную, а также лежало множество бомб и гранат. Мною был прочитан приказ и дополнен некоторыми деталями, порученными штабом. В Союзе произошел раскол. Одна сторона во главе с Баталовым и Сицииским предлагала подчиниться и не проливать крови, другая сторона, за которой было большинство во главе с Истоминым, Ильиным, Посаженниковой и руководителем Красной гвардии С. Плетневым, настаивала на неподчинении штабу»16 .

Парламентеры Комлев и Смирнов вернулись ни с чем. Тогда штаб решил дать в воздух пять предупредительных орудийных выстрелов; в ответ началась стрельба, а затем в Революционный полевой штаб прибыли двое максималистов. Они предлагали вновь провести собрание представителей организаций максималистов, большевиков Ижевска и вооруженного отряда, прибывшего из Казани17 . Их предложение было отвергнуто. Штаб уже в который раз предложил максималистам и «красногвардейцам» сдать оружие. «Штабом было разрешено им (парламентерам. — А. Ж .) переговорить с Союзом (максималистов. — А. Ж .) по телефону, — вспоминает Комлев. — Ответ оттуда был получен отрицательный. После этого они были арестованы. Также был приведен в штаб арестованный Кокоулин Федор (руководитель организации максималистов — А. Ж.) «18 .

В это время отряд Революционного полевого штаба из 200 большевиков занял телефонную станцию, электростанцию и заводы. К тому же стало известно о прибытии из Казани на помощь большевикам моряков с двумя орудиями19 . После завязавшейся перестрелки максималисты сдались, за ними сдались и «красногвардейцы». Однако часть их главарей, в том числе Истомин и Плетнев, сумели скрыться еще во время боя, бросив на произвол судьбы сообщников.

Число арестованных мятежников было значительным. Комлев пишет, что было арестовано около 120 человек. А. Т. Кочуров, направленный Всероссийской коллегией по формированию Красной Армии в Ижевск в конце апреля 1918 г., называет 200; наконец, по сведениям самих максималистов, в их жалобе во ВЦИК на ижевских большевиков говорится о 160 арестованных. Революционный полевой штаб обратился с воззванием к рабочим и крестьянам, в котором извещал о подавлении мятежа и приглашал всех рабочих, городскую и сельскую бедноту выступить в качестве обвинителей «преступного общества, сконцентрированного в бывшей Красной гвардии и Союзе максималистов»20 .

Мятеж максималистов вспыхнул и был подавлен в те дни, когда в Москве проходила III Всероссийская конференция максималистов. Выступления делегатов и принятые на ней документы свидетельствовали о росте мелкобуржуазных оппозиционных настроений по отношению к большевикам и Советам. Делегат ижевской организации на конференции подчеркнул, что максималисты представляют в городе «солидную силу»; к тому же Красная гвардия стоит на максималистских позициях. Вопреки истине он заявил, что на последних выборах в Совет победило правоэсеровско-меньшевистское большинство, с которым большевики «несколько в сотрудничестве». Фактически же на выборах в феврале 1918 г. в Совет в основном были избраны беспартийные; но председателем Совета и его товарищем (заместителем) стали большевики Пастухов и Холмогоров. Резолюции конференции «По текущему моменту» и «По организационному вопросу» нацеливали на активизацию деятельности максималистов в Советах, профсоюзах, Красной Армии и т. д.; особо подчеркивалась необходимость каждой организации иметь боевую дружину и, если потребуется, перешагнуть ту «роковую черту, к которой привела передышка»21 (Брестский мир), т. е. выступить против большевиков и Советов. Именно дух и решения конференции подтолкнули максималистов на местах на контрреволюционные выступления.

После подавления мятежа отряд моряков возвратился в Казань. Председателем Революционного полевого штаба стал Холмогоров. 25 апреля военное положение в городе было отменено и восстановлена самоохрана. Проверка ее возлагалась на «летучий отряд» боевой дружины большевиков. В тот же день Революционный полевой штаб перешел в помещение Совета, и с 26 апреля военный отдел Совета начал перерегистрацию личного оружия. Максималисты, не причастные к уголовным преступлениям, были освобождены Советской властью от наказания и получили право вновь принимать участие в общественной жизни.


Примечания:

1 Ленин В. И. ПСС. Т. 36, с, 167.

2 Из работ последних лет см.: Гражданская война в СССР. Т. I. М. 1980; Партия и армия. М. 1980; Революционные латышские стрелки (1917 — 1920). Рига. 1980; Голинков Д. Л. Крушение антисоветского подполья в СССР. Кн. I. М. 1980; Минц И. И. Год 1918-й. М. 1982; Скрипилев Е. А. Всероссийское Учредительное собрание. М. 1982; Непролетарские партии России. Урок истории. М. 1984; Литвин А. Л. «Дело сдать в архив…». Казань. 1986.

3 Октябрьская социалистическая революция в Удмуртии. Сб. док. и м- лов (1917 — 1918 гг.). Ижевск. 1957, с. 88.

4 Максимов В. А. Кулацкая контрреволюция и Ижевское восстание. Ижевск. 1933, с. 16.

5 К пятой годовщине пролетарской революции в Прикамье. Сб. ст. Ижевск. 1922, с. 8, 12.

6 Максималистские взгляды имели довольно широкое распространение в Прикамье, в таких центрах, как Воткинск, Елабуга, Вятка и др. 23 марта 1918 г. в Воткинске возник конфликт большевиков с максималистами и анархистами. Только после длительных переговоров максималисты согласились работать с большевиками (Партийный архив Удмуртского Областного Комитета КПСС (ПАУдОК), ф. 352, оп. 1, д. 100, л. 21), но и после этого в квартиру председателя Боткинского комитета РКП (б) максималистом и анархистом была брошена бомба.

7 Сергеев В. Ижевские рабочие в борьбе за Советскую власть. В кн.: Ижевск в огне гражданской войны. Из истории революционного движения ижевских рабочих. 1917 — 18 годы. Ижевск. 1927, с. 38 — 40.

8 Ижевская правда, 23.II.1934; Октябрьская социалистическая революция в Удмуртии, с. 117, 152; Известия Ижевского Совета, 7.IX.1917; Максимов В. А. Ук. соч., с. 17.

9 Октябрьская социалистическая революция в Удмуртии, с. 184; Садаков М. А. Образование Красной Армии в Удмуртии. (Добровольческий период.) — Записки Удмуртского НИИ истории, языка и литературы, 1949, вып. 12, с. 58, 59: Ижевская правда, 7.XI.1932; 23.II.1934.

10 Октябрьская социалистическая революция в Удмуртии, с. 288, 289.

11 Весной они заняли выжидательную позицию, но в августе 1918 г. подняли мятеж и свергли в городе Советскую власть.

12 Октябрьская социалистическая революция в Удмуртии, с. 287 — 289, 370 — 371.

13 Там же, с. 292 — 293.

14 Там же, с. 301; Спирин Л. М. Классы и партии в гражданской войне в России (1917 — 1920 гг.). М. 1968, с. 169; Известия Ижевского Совета, 9.V.1918.

15 Сергеев В. Ук. соч., с. 41 — 42.

16 Там же, с. 42 — 43.

17 По словам большевика А. Г. Клячина, после подавления мятежа в Ижевске он принимал участие в разоружении отряда численностью около 200 человек в Елабуге, который шел на помощь ижевским максималистам (ПАУдОК, ф. 352, оп 1 л. 100, л. 100).

18 Сергеев В. Ук. соч., с. 43.

19 Правда, 23.IV.1918.

20 Сергеев В. Ук. соч., с. 44; Спирин Л. М. Ук. соч., с. 170; Максималист, М. 1918, N 2, с. 14; Известия Ижевского Совета, 9.V.1918.

21 Максималист, 20, 26, 27.IV.1918.


«Вопросы истории», 1987, №3

Поделиться ссылкой:
  • LiveJournal
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Tumblr
  • Twitter
  • Facebook
  • PDF

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *