Бетмакаев А.М. * Вальтер Ульбрихт в системе власти в ГДР (1949-1973 гг.) * Статья

На встрече в Москве с восточногерманскими руководителями в апреле 1952 г. Сталин спросил у председателя Совета Министров ГДР О. Гротеволя, чем занимается один из его заместителей В. Ульбрихт. Гротеволь сказал, что Ульбрихт отвечает за многие вопросы в правительстве, в том числе по делам молодежи и спорта, вообще он работает как связной между правительством и партией[1]. Исходя из этой оценки, Ульбрихт занимал в системе власти в ГДР хотя и важное, но, кажется, не ключевое положение — странное описание роли политического деятеля, с именем которого связана одна из двух «эпох» в истории восточногерманского режима.

В действительности Вальтер Ульбрихт занимал высшие должности в правящей Социалистической Единой партии Германии (СЕПГ) и государственные посты. Он был в 1950-1953 гг. генеральным секретарем и в 1953-1971 гг. первым секретарем ЦК СЕПГ. В 1949-1955 гг. он был заместителем, в 1955-1960 гг. — первым заместителем председателя совета министров ГДР. Он также занимал пост председателя Национального совета обороны в 1960-1971 гг. Наконец, он был в 1960-1973 гг. председателем Государственного совета ГДР.

Актуальным представляется нам анализ эволюции места Ульбрихта в иерархии власти. Эта политическая фигура привлекательна тем, что в его «эпоху» были установлены «правила игры» для статусной эволюции в руководстве ГДР. В данной статье мы попытаемся выявить мотивы, факторы и фазы изменения статуса Ульбрихта.

«Немецкий Ленин», как иронически называли Ульбрихта, в 1949-1973 гг. достиг двух статусов в руководстве СЕПГ и ГДР. Условному статусу «руководителя партии» соответствовали должности генерального, затем первого секретаря ЦК СЕПГ. Условному статусу «руководителя государства» соответствовал пост председателя Государственного совета ГДР.

На первый взгляд, изменения в статусном положении Ульбрихта происходили в направлении от «руководителя партии» к «руководителю государства». Однако двухстатусная схема обедняет картину трансформации позиций Ульбрихта в иерархии власти. Следует учитывать, что статус Ульбрихта определялся не только «внутренним фактором» (борьба за власть внутри восточногерманского руководства), но и «внешним фактором» (развитие отношений между СЕПГ и ВКП(б)/КПСС, между ГДР и СССР, между Ульбрихтом и Сталиным/Хрущевым/Брежневым).

К моменту учреждения ГДР в октябре 1949 г. процесс превращения СЕПГ в «партию нового типа» (по примеру советской компартии) еще не завершился[2]. Хотя организационная структура партии во многом копировала ВКП(б), поскольку включала политбюро, в ней отсутствовал пост генерального секретаря. Ульбрихт являлся заместителем 2-х сопредседателей СЕПГ Вильгельма Пика и Отто Гротеволя и руководил текущей работой партии, возглавляя «малый секретариат» политбюро. Фактически Ульбрихт исполнял обязанности руководителя центрального партийного аппарата и был, по меткому выражению его биографа Н. Подэвина, «генеральным секретарем до востребования» (Generalsekretär auf Abruf)[3]. «Малый секретариат» превратился в секретариат Центрального комитета, который впервые был избран на III съезде СЕПГ в июле 1950 г., как и его генсек Ульбрихт. Фактическое значение ЦК, который заменил Центральное Правление, в иерархии власти было скромным. ЦК «узаконивал» решения политбюро и секретариата, который осуществлял «ежедневное оперативное руководство деятельности партии». Отныне генеральный секретарь ЦК Ульбрихт не только определял повестку дня заседания политбюро, но и готовил проекты документов[4]. СЕПГ строилась на принципах «демократического централизма», подразумевавших назначение партийных руководителей всех уровней сверху.

Ульбрихт располагал значительным потенциалом для дальнейшего статусного роста, контролируя работу партийного аппарата и, в значительной степени, межпартийные связи с Москвой. Находясь в тени президента ГДР Пика и премьер-министра Гротеволя, он мог определять направления внутренней политики ГДР. Показательно, что на III съезде СЕПГ в июле 1952 г. доклад о первом пятилетием народнохозяйственном плане был сделан Ульбрихтом. Гротеволь же доложил съезду о новых инициативах ГДР по германскому вопросу.

Первый пятилетний план можно считать попыткой Ульбрихта получить согласие СССР на «строительство социализма» в ГДР. Но, как показано в работах А. Филитова, А. Ватлина и др., советское руководство избегало открыто говорить об этом[5]. Москва хотела сохранить за собой свободу рук в германском вопросе. Когда же «мирная нота» Сталина (март 1952 г.) была отклонена западными державами, политбюро ЦК КПСС поддержало идею Ульбрихта «построить социализм».

Советская поддержка значительно повысила статус Ульбрихта в глазах партийных функционеров, поскольку он выступал в роли организатора «строительства социализма». Но одновременно для самого Ульбрихта возросли риски: неудача «строительства» вела бы к тому, что его обвинили бы в провале курса партии.

После смерти Сталина и отказа нового советского руководства от «строительства социализма» в ГДР позиции Ульбрихта оказались заметно ослаблены. Инициированный Москвой «новый курс» руководства ГДР и волнения рабочих в июне 1953 г., казалось, вели к отстранению от власти Ульбрихта. Большинство членов политбюро считало Ульбрихта виновным в возникновении общественно-политического кризиса. Но «антиульбрихтовский бунт» провалился. Ульбрихт добился исключения из партии своих противников, которые рассчитывали на поддержку Л. Берии, арестованного в СССР[6].

Первый секретарь ЦК СЕПГ Ульбрихт получил поддержку нового советского руководителя Н.С. Хрущева. Более того, советское руководство отказалось от прямой опеки ГДР. Советская Контрольная комиссия была упразднена, дипломатические миссии двух стран были преобразованы в посольства, СССР заявил о признании полного суверенитета ГДР и подписал договор о взаимных отношениях. ГДР обрела почти все формальные признаки суверенного государства.

Позиции Ульбрихта продолжали укрепляться и внутри правительства, и внутри руководства СЕПГ. В ноябре 1955 г. была проведена реорганизация правительства и введена новая должность первого заместителя председателя Совета министров Германской Демократической Республики, которым стал В. Ульбрихт. Так он приблизился к главе правительства Гротеволю, который препятствовал реализации проекта Ульбрихта по созданию новой конституции, которая предполагала введение «коллективного руководства» вместо поста президента ГДР. По данным немецкого историка Н. Подэвина, Гротеволь, оценив конституционный проект как углубление раскола Германии, получил поддержку в Москве и сумел свернуть его подготовку[7].

Весной 1956 г. началась десталинизация, вызванная XX съездом КПСС. Первый секретарь ЦК СЕПГ Ульбрихт не только сам возглавил движение за преодоление последствий «культа личности» Сталина, но и борьбу против «ревизионизма». К «ревизионистам» были отнесены несколько секретарей ЦК СЕПГ и министров, которые критиковали Ульбрихта за отказ провести в ГДР последовательную десталинизацию. Они были отправлены в отставку при невмешательстве Москвы во внутрипартийную борьбу[8]. Таким образом, Ульбрихт не только подтвердил свой статус «руководителя партии», но и получил свободу рук при осуществлении кадровых решений.

Рост самостоятельности «режима СЕПГ» в отношениях с Советским Союзом стимулировал Ульбрихта к достижению статуса «руководителя государства». Ульбрихтовское стремление нашло отражение в официальной пропаганде. Как отмечает известный немецкий историк Р. Грис, пропаганда создавала образ «нового государственного деятеля» (der neue Staatsmann): Вальтер Ульбрихт представал в качестве крупного руководителя рабочего класса и государственным деятелем нового типа[9].

В ходе второго Берлинского кризиса 1958-1961 гг. Ульбрихт, как руководитель государства, стремился получить международное признание ГДР, и, по нашему мнению, посредством этого признания — подтверждение своего статуса «главы государства». В 1960 г. он «узаконил» этот статус в иерархии власти. Ульбрихт возглавил вновь созданный Национальный совет обороны, а 12 сентября 1960 г. стал председателем Государственного совета ГДР — формально высшего органа власти, созданного после смерти президента Пика.

Государственный совет являлся постоянно действующим органом Народной палаты. Госсовет имел право регулировать все принципиальные вопросы посредством указов. На первый взгляд, «декоративного» президента ГДР сменил «декоративный» Государственный совет, поскольку представительные органы власти в ГДР не обладали реальной властью. Но председатель совета Ульбрихт не являлся формальным «руководителем государства». Опираясь на полномочия первого секретаря ЦК СЕПГ, он принимал государственные решения без участия политбюро. Немецкий историк Г. Бруннер справедливо полагает, что Госсовет был инструментом личной власти партийного лидера[10].

Наиболее важным решением Ульбрихта на посту председателя Госсовета стало строительство в августе 1961 г. Берлинской стены. Помимо других последствий, стена гарантировала Ульбрихту статус главы суверенного государства.

Официально Ульбрихт назывался «Председателем Государственного Совета ГДР и Первым секретарем ЦК СЕПГ». Но как «руководитель государства и партии» Ульбрихт не смог одновременно усидеть на двух стульях. Он все больше концентрировался на стратегии развитии ГДР, что, по мнению немецкого историкам. Франка, соответствовало его представлениям о роли «государя» (Landesvater)[11]. «Отец страны», если буквально переводить термин Франка, мог позволить себе выйти за рамки поддержки только номенклатуры из центрального аппарата СЕПГ и все больше опирался на «технократов», например, на Эриха Апеля, председателя Государственной плановой комиссии. Апель отвечал за реализацию проекта «новой экономической системы»[12].

Ульбрихт передал организацию текущей работы в секретариате ЦК в руки второго секретаря Эриха Хонеккера. Ульбрихт не принимал больше участия в заседаниях секретариата и только подписывал протоколы, представленные ему Хонеккером. И в этом «разделении труда», точнее, в постепенной утрате контроля над партийным аппаратом таилась угроза статусу Ульбрихта. Исподволь Хонеккер готовился бросить вызов власти первого секретаря.

Опасность для Ульбрихта резко возросла после отстранения Хрущева от власти в СССР в октябре 1964 г. Новое советское руководство поддержало претензии Хонеккера на власть в СЕПГ. На пленуме ЦК в декабре 1965 г. сторонники Хонеккера выступили против НЭС[13]. Но второй секретарь избегал открытого столкновения с Ульбрихтом. Ему нужно было время, чтобы заручиться поддержкой первого секретаря ЦК КПСС Л И. Брежнева. Только в сентябре 1969 г. Хонеккер решился открыто выступить против Ульбрихта, который заявил о необходимости германо-германского диалога. Хонеккер искусно поддерживал подозрения СССР относительно претензий Ульбрихта на суверенный статус ГДР, что советское руководство считало недопустимым. Поэтому Ульбрихту не удалось, как в случае с оппозицией 50-х гг., расправиться с «группой Хонеккера».

1 июля 1970 г. решением политбюро Хонеккер был снят с поста второго секретаря ЦК без консультаций с советскими товарищами. Эта инициатива Ульбрихта, которая продемонстрировала его власть, одновременно являлась самым серьезным испытанием его статуса. Ульбрихт, казалось, хотел получить ответ на вопрос, сохранил ли он самостоятельность при решении кадровых вопросов в политбюро — самостоятельность, которую он достиг во времена Хрущева. Ответ был отрицательным: после обращения Хонеккера за помощью к советскому руководству Москва вынудила Ульбрихта восстановить status quo[14].

Ульбрихт на практике столкнулся с применением политики «ограниченного суверенитета», оформленной в «доктрине Брежнева». Раздраженный этим Ульбрихт заявил Брежневу в августе 1970 г.: «Мы не являемся Белоруссией, мы не являемся советской республикой»[15]. Тем самым Ульбрихт хотел подчеркнуть и статус главы суверенного государства, и статус руководителя самостоятельной компартии.

Косвенно этот вывод подтверждают притязания Ульбрихта на роль теоретика марксизма-ленинизма. Ульбрихт оценивал общественно-политическую систему ГДР как «социализм в современной, индустриально высокоразвитой стране», что означало заявку на восточногерманскую модель «развитого социализма». Этим он бросал вызов руководству КПСС. В Москве «теория Ульбрихта» могла быть интерпретирована как оспаривание руководящей роли КПСС по отношению к СЕПГ и как требование равноправия в отношениях между ГДР и СССР.

Конечно, Ульбрихт был также раздосадован потерей советской поддержки, которая теперь явно оказывалась Хонеккеру. Однако осторожный Брежнев неоднократно отклонял просьбу Хонеккера дать согласие на отставку Ульбрихта под предлогом того, что фактическая власть в руководстве СЕПГ уже перешла к Хонеккеру. Вероятно, среди причин заинтересованности Брежнева в сохранении «двоевластия» в восточногерманском руководстве можно назвать нежелание Москвы поддержать «самостоятельность» Хонеккера, который инициировал вопрос об отставке Ульбрихта[16].

В апреле 1971 г. Ульбрихт дал Брежневу согласие уйти с поста первого секретаря, сохранив за собой должность председателя Госсовета и заняв созданный для него «неуставной» пост почетного председателя СЕПГ. Так Ульбрихт пытался удержать остатки своего влияния в партии, но все попытки были тщетными.

3 мая 1971 г. Хонеккер был избран первым секретарем ЦК, а 24 июня Ульбрихт уступил ему место председателя Национального совета обороны. Но Ульбрихт продолжал бороться за влияние на процесс принятия решений как «почетный руководитель партии». До своей смерти Ульбрихт был «почетным» руководителем партии и государства, поскольку власть в СЕПГ и ГДР была сосредоточена в руках нового первого секретаря ЦК Хонеккера. Старый и больной Ульбрихт был отстранен от процесса принятия партийногосударственных решений. Председатель Госсовета не имел реальной власти, поскольку «почетный председатель СЕПГ» не контролировал аппарат правящей партии — ядро системы власти в ГДР. Он стал «не-личностью» (die Unperson), как заметил его биограф Н. Подэвин[17].

В эволюции места и роли Ульбрихта в системе СЕПГ мы можем выделить 6 фаз: 1) формализация статуса руководителя «партии нового типа» (1949 -1953 гг.); 2) борьба с оппозицией и упрочение позиции «руководителя партии» (1953-1958 гг.); 3) легитимация статуса «руководителя государства» (1958— 1960 гг ); 4) кульминация статусной эволюции: «руководитель государства и партии» (1960-1965 гг.); 5) эрозия статуса «руководителя партии» (1965-1971 гг.); 6) утрата властных функций: «имитация руководства» (1971-1973 гг.).

Статусная эволюция Ульбрихта продемонстрировала, что статус «руководителя СЕПГ» был выше статуса «руководителя государства». Сам Ульбрихт никогда не сомневался в этом: этот принцип проистекал из природы «диктатуры СЕПГ». В конституции ГДР 1968 г. было закреплено право СЕПГ на руководящую роль в стране.

Ульбрихт был начисто лишен харизмы и не преуспел в ее создании. Однако, замечает британская исследовательницам. Фулбрук, исправлением дефицита искреннего народного энтузиазма в отношении лидера «режима СЕПГ » было существование высоко организованного, исправно функционирующего аппарата власти и контроля[18].

Помимо внутриполитических были и внешнеполитические мотивы для статусной эволюции Ульбрихта. Он стремился не только установить личный контроль над государственным аппаратом, но и узаконить существование ГДР как суверенного государства, прежде всего, в отношениях с Советским Союзом.

Статус руководителя суверенного государства мог гарантировать Ульбрихту невмешательство советской стороны в борьбу внутри восточногерманского руководства, в которой, в случае нейтралитета Москвы, Ульбрихт как «руководитель партии» всегда имел бы преимущество.

Ульбрихт не смог ограничить ключевое значение «советского фактора» в смене элит в Восточной Германии, поскольку политически и экономически ГДР зависела от СССР. Благодаря советской поддержке партийный бюрократ Ульбрихт достиг вершин партийной и государственной власти в ГДР. После смерти Сталина ему удалось добиться большей «самостоятельности» в отношениях с Советским Союзом. Но окончательное превращение Ульбрихта в главу суверенного государства было ограничено жесткими рамками советских интересов.

Примечания:

[1]

Запись встречи руководителей СЕПГ со Сталиным, 1 апреля 1952 г. // Uprising in East Germany, 1953 / comp., ed. and int. by Ch. Ostermann. N.Y., 2001. P. 29.

[2]

См. подробнее: Malycha A. Partei von Stalins Gnaden? Die Entwicklung der SED zur Partei neuen Typs in den Jahren 1946 bis 1950. B., 1996.

[3]

PodewinN. Walter Ulbricht. Ein neue Biographie. B., 1995. S. 250.

[4]

Cm.: Ammer T. Die Machthierarchie der SED // Materialien der Enquete-Kommission «Aufarbeitung von Geschichte und Folgen der SED-Diktatur in Deutschland» (12. Wahlperiode des Deutschen Bundestages). Bd. II/2. Bonn, 1994. S. 826-840.

[5]

   См.: Ватлин А.Ю. Германия в XX в. М., 2002; Филитов А.М. Советский Союз и германский вопрос в период позднего сталинизма (К вопросу о генезисе «сталинской ноты 10 марта 1952г.»)// Сталин и холодная война. М., 1997.

[6]

   См.: Бетмакаев А.М. Конфликты в руководстве ГДР в «эпоху Ульбрихта» (1949-1971 гг.) // Известия Алтайского государственного университета. 2006. № 4. Барнаул, 2006. С. 54-55.

[6]

   PodewinN. Op. cit. S. 302-303.

[7]

   См. подробнее: Бетмакаев А.М. В. Ульбрихт и десталинизация в ГДР (1956-1958 гг.) // Известия Алтайского государственного университета. 2004. №4. Барнаул, 2004. С. 30-35. См. также: http://tbs.asu.ni/news/2004/4/hist/ 06.ru.html.

[8]

   Gries R. «Walter Ulbricht — das sind wir alle!» Inszenierungsstrategien einer charismatischen Kommunikation // Charismatische Führer der deutschen Nation / hrsg. vonF. Möller. München, 2004. S. 202-203.

[9]

   Cm.: Brunner G. Staatsapparat und Parteiherrschaft in der DDR // Materialien der Enquete-Kommission, Bd. II/2. S. 1006-1007.

[10]

   См. подробнее: Бетмакаев A.M. Нa пути к восточногерманской идентичности: В. Ульбрихт и отношения между ГДР и СССР в 1949-1964 гг. // Американские исследования в Сибири. Выл. 7. Томск, 2003. С. 189-207. См. также: http://hist.asu.ru/aes/gdr/btmkv.htm.

[11]

   См.: Frank М. Walter Ulbricht. Eine deutsche Biographie. В., 2001. S. 322, 354,414.

[12]

   См.: Fulbrook М. Anatomy of a Dictatorship. Inside the GDR 1949-1989. Oxford, 1995. P. 36.

[13]

   См. подробнее: Бетмакаев A.M. В. Ульбрихт и экономическая политика в ГДР (1949-1971 гг.) // Власть, политика, идеология в истории Европы. Барнаул, 2005. С. 126-139.

[14]

   См.: Kaiser М. Machtwechsel von Ulbricht zu Honecker: Funktionsmechanismen der SED-Diktatur in Konfliktsituationen 1962 bis 1972. B., 1997. S. 372-374.

[15]

   Цит. по: Winkler H.A. Der Lange Weg nach Westen. München, 2000. S. 293.

[16]

   См. подробнее: Бетмакаев А.М. Хонеккер против Ульбрихта. Борьба за власть в руководстве ГДР в конце 60-х — начале 70-х гг. XX в. // Известия Алтайского государственного университета. 2005. № 4. Барнаул, 2005. С. 12-16. См. также: http://tbs.asu.ru/news/2005/4/hist/06.ru.html.

[17]

   PodewinN. Op. cit. S. 473.

[18]

Fulbrook М. Op. cit. Р. 286.


Источник: «Война и мир в истории Европы. Сборник научных статей памяти профессора Е.П. Глушанина». Барнаул, 2007.

Поделиться ссылкой:
  • LiveJournal
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Tumblr
  • Twitter
  • Facebook
  • PDF

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *