Передовая статья из журнала «Коммунист», №1, 1953 год.
Партия Ленина — Сталина обеспечила победу социализма в нашей стране и ныне решает всемирно-исторические задачи построения коммунистического общества. Эти задачи, теоретически обоснованные в труде И. В. Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР», нашли своё яркое выражение в решениях XIX съезда КПСС.
Коммунистическое общество строится сознательными, творческими усилиями миллионов трудящихся под руководством партии, на основе всепобеждающей марксистско-ленинской науки, неустанно развиваемой товарищем Сталиным. Учение марксизма-ленинизма всесильно, потому что оно верно. Оно правильно отражает потребности развития материальной жизни общества, коренные интересы рабочего класса, трудящихся, указывая им ясный путь к уничтожению всякого гнёта и эксплуатации, к полному торжеству коммунизма.
Вся буржуазная наука, указывал Ленин, так или иначе защищает наёмное рабство, капиталистический строй, а марксизм объявил беспощадную борьбу этому рабству. Теория и метод марксизма-ленинизма являются по существу своему критическими и революционными. Неразрывно связанная с революционной практикой классовой борьбы пролетариата марксистско-ленинская теория — величайшая сила рабочего движения.
Философскую основу марксизма-ленинизма составляет диалектический материализм, который, как писал Ленин, дал великие орудия познания человечеству, а рабочему классу в особенности, указал пролетариату выход из духовного рабства. Диалектический материализм, созданный Марксом и Энгельсом, развитый дальше Лениным и Сталиным, — это цельное, строго научное мировоззрение, непримиримое ни с какой реакцией, ни с какой защитой буржуазного гнёта.
Величайшей заслугой марксизма явилось обоснование материалистического понимания истории. Маркс применил диалектический материализм к изучению истории общества, создал исторический материализм, доказал, что общественное бытие определяет сознание людей, а не наоборот, как твердят идеалисты, что основой развития общества является развитие материального производства, способов производства. Выделив из всей совокупности общественных отношений материальные производственные отношения как первоначальные, определяющие все другие отношения, как базис общества, марксизм впервые дал возможность научно, материалистически объяснить все явления общественной жизни, открыть объективные законы развития общества. Исторический материализм доказал, что развитие общества, как и развитие природы, подчиняется объективным законам, не зависящим от сознания и воли людей. Исторический материализм открыл общие законы развития общества: закон об определяющей роли способа производства в переходе от одного общественного строя к другому, более высокому; закон об определяющей роли базиса по отношению к надстройке, об активной роли надстройки в развитии базиса; объективные законы смены общественных формаций; законы классовой борьбы, скачков и революций в развитии общества. Маркс открыл также закон возникновения, развития и гибели капиталистической общественной формации. Благодаря этим великим открытиям хаос и произвол, царившие до Маркса во взглядах на историю и политику, сменились поразительно стройной научной теорией, показывающей, как из одного уклада общественной жизни растёт другой, более высокий и прогрессивный строй. Изучение истории общества было впервые поставлено на прочные научные основы. Социализм из утопии был превращён в науку.
Марксизм-ленинизм возник, вырос и развивается в непримиримой, ожесточённой борьбе с буржуазной идеологией. Отсюда его боевой, наступательный характер. Маркс и Энгельс дали уничтожающую критику всей системы наёмного рабства и капиталистической эксплуатации, критику всей буржуазной идеологии.
Ленин и Сталин, дав анализ современного капитализма, показали, что империализм — это последняя стадия капитализма, канун социалистической революции, разгромили идеологию ревизионизма, оппортунизма, реформизма, правого социал-демократизма, шовинизма и национализма в рабочем движении, все оппортунистические догмы II Интернационала. Борясь за нерушимость марксистских принципов, против всяких попыток извращения их революционного существа, Ленин и Сталин обогатили революционную теорию гениальными положениями и выводами, подняли её на новую, высшую ступень. Труды Ленина и Сталина — это замечательные образцы творческого марксизма, воинствующего материализма в науке. На этих образцах Коммунистическая партия воспитывает и закаляет идейно кадры научных работников, развёртывает критику и самокритику, преодолевая проявления идеализма, буржуазной идеологии среди отдельных групп учёных, неуклонно отстаивая чистоту марксистско-ленинской теории.
Диалектический материализм служит теоретической основой развития советской науки, самой передовой науки в мире. Советская наука вместе с тем опирается на материалистическую традицию и наследство великих русских учёных Ломоносова, Лобачевского, Бутлерова, Менделеева, Сеченова, Тимирязева и других корифеев науки. Наша наука тесно связана с жизнью, с практикой. Она сознательно ставит себя на службу революционной, преобразующей практике, постоянно обогащается её опытом и, в свою очередь, освещает ей путь вперёд. Советская наука решает грандиозные исторические задачи, прокладывает новые пути в мировой науке, подобно тому как советский народ прокладывает всему трудящемуся человечеству новые пути, ведущие к сияющим вершинам коммунизма. Советская наука служит народу, делу мира во всём мире, в то время как наука в капиталистических странах поставлена на службу кучке миллиардеров, готовых уничтожить всю цивилизацию ради сохранения своего господства, ради получения максимальных прибылей.
Благодаря преимуществам социалистического строя, неустанной заботе партии и Советского государства наука в нашей стране достигла таких успехов, каких она не имела и не могла иметь раньше нигде и никогда. В СССР восторжествовали такие передовые материалистические направления в науке, как мичуринское учение в биологии, учение И. П. Павлова в физиологии. Советские учёные в короткий срок открыли секрет атомной энергии. Всему миру известны выдающиеся успехи нашей медицины, отражающие сталинскую заботу о человеке. В целом ряде отраслей знания советская наука занимает подобающее ей первое место в мире.
Советская наука об обществе воплощена прежде всего в произведениях классиков марксизма-ленинизма. Развитие советской науки обусловлено советским социалистическим строем — самым передовым строем общества. Советская наука, базирующаяся на принципах марксистско-ленинской методологии, бесспорно, занимает ведущее место в мировой науке, является её высшим достижением.
Но советским учёным несвойственно останавливаться на достигнутом. Жизнь, практика коммунистического строительства ставят перед наукой новые, всё более грандиозные и увлекательные задачи. Чтобы успешно выполнить их, необходимо ещё выше поднять знамя воинствующего материализма, марксизма-ленинизма, смелее и решительнее разоблачать все реакционные, идеалистические теории в науке. Советские учёные должны быть сознательными, убеждёнными сторонниками диалектического материализма, последовательно применять его как единственно верный метод научного познания. Они должны быть воинствующими материалистами, непримиримыми к любым проявлениям идеализма и метафизики, — только тогда они в состоянии будут успешно бороться против буржуазных идей и буржуазного мировоззрения. Этому учат Ленин и Сталин.
Проведённые по инициативе Центрального Комитета партии, лично товарища Сталина дискуссии по философии, биологии, физиологии, языкознанию, политической экономии вскрыли серьёзные идеологические прорехи в различных областях науки, нанесли сокрушительный удар ещё имеющимся проявлениям идеализма, буржуазной идеологии, всякого рода вульгаризаторским извращениям и нездоровым явлениям, чуждым советскому человеку «нравам и традициям», остаткам кастовой замкнутости и нетерпимому отношению к критике. Дискуссии дали мощный толчок развёртыванию критики и борьбы мнений, сыграли важную роль в развитии науки. Разгромлен аракчеевский режим на многих участках научного фронта. Однако в ряде отраслей науки ещё не полностью ликвидирована монополия отдельных групп учёных, оттирающих растущие свежие силы, ограждающих себя от критики и пытающихся решать научные вопросы административным путём.
Партия Ленина — Сталина учит неустанно развёртывать критику и борьбу мнений, памятуя, что только таким путём советская наука может выполнить свою миссию — занять первое место в мировой науке.
Особое значение имеет дальнейшее развитие общественных наук. Разработка марксистско-ленинской науки об обществе, освещающей путь нашему народу вперёд, к коммунизму, составляет предмет неустанной заботы И. В. Сталина. Когда наша страна приступала к построению социалистического общества, И. В. Сталин в ожесточённой борьбе со всеми врагами партии, народа обосновал и развил дальше ленинскую теорию о возможности построения социализма первоначально в одной стране, создал цельную, стройную науку о построении социалистического общества. Когда наша страна вступила в полосу завершения построения социалистического общества и постепенного перехода от социализма к коммунизму, И. В. Сталин сосредоточил внимание на разработке новых всемирно-исторических проблем строительства коммунистического общества.
Труд И. В. Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР», как и другие творения сталинского гения, обогащая марксистско-ленинскую науку новыми выводами и положениями, устраняет вместе с тем ошибочные, неправильные, немарксистские взгляды, проявления буржуазной идеологии. Нанеся удар идеализму, волюнтаризму, фаталистическим теориям стихийности, товарищ Сталин в своём новом труде развил дальше положения диалектического и исторического материализма об объективном характере законов природы и общества, об использовании этих законов в интересах общества, охарактеризовал законы экономического развития социалистического общества, законы его движения вперёд, к коммунизму. Товарищ Сталин разгромил получившие в нашей литературе распространение антимарксистские, субъективистские, идеалистические, волюнтаристские взгляды, согласно которым Советское государство якобы может по своему усмотрению «создавать», «преобразовывать» и «отменять» экономические законы социализма. Носители таких взглядов считают основным экономическим законом социализма диктатуру пролетариата, политику Советского государства или его народнохозяйственные планы.
Субъективистское, идеалистическое извращение марксистской теории наиболее резко выражено в антимарксистской книжке Н. Вознесенского «Военная экономика СССР в период Отечественной войны». Эта книжка представляет собой мешанину из субъективистско-идеалистических, волюнтаристских взглядов и фетишизации закона стоимости. Автор утверждал, что развитие социалистической экономики определяется волей государства, его планирующих органов, что государство есть «источник движения и развития» социалистической экономики, и законом её развития является плановое руководство со стороны государства. Получается, что не экономический строй составляет базис и определяет развитие и укрепление государства, а, наоборот, государство, то есть политическая надстройка, служит в условиях социализма основой и определяющей силой развития экономики. Развёртывая такую волюнтаристскую точку зрения до конца, Н. Вознесенский логически пришёл к выводу, что развитие советской экономики определяется волей руководителей государства. Фетишизация же закона стоимости создаёт почву для возрождения оппортунистической теории стихийности и самотёка, разоблачённой и разбитой Лениным и Сталиным. Всякие попытки возрождения подобных теорий должны получать своевременный и должный отпор, как теории вредоносные, чуждые и враждебные мировоззрению марксистской партии, советскому социалистическому строю, делу строительства коммунизма. Марксизм-ленинизм учит, что признание объективного характера законов вовсе не умаляет, а, наоборот, подчёркивает огромное значение сознательной деятельности людей в использовании объективных законов, роль Коммунистической партии и государства в развитии социалистического общества. Социализм и коммунизм строятся под руководством Коммунистической партии сознательными усилиями трудящихся масс, как главных движущих сил и творцов истории.
Книжка Н. Вознесенского причинила серьёзный ущерб разработке экономических проблем социализма и марксистско-ленинскому воспитанию наших кадров. Многие экономисты и философы, не разобравшись в антимарксистском существе этой книжки, расхвалили её как «ценный вклад» в советскую экономическую науку.
Одним из пропагандистов идеалистических взглядов на характер экономических законов социализма был А. Леонтьев. Было время, когда он вообще отрицал существование объективных экономических законов в условиях социализма, а следовательно, и политическую экономию как науку об этих законах. В своих статьях и брошюрах, появившихся в последние годы, А. Леонтьев этого прямо не говорит и на словах признаёт марксистскую формулу объективности экономических законов социализма. Но по существу он по прежнему стоит на позициях субъективизма в истолковании характера экономических законов социализма. Это достаточно ясно выявляется в его работах: «Предмет и метод политической экономии», «Политическая экономия социализма в трудах Ленина и Сталина» и некоторых других.
В первой из указанных работ говорится: «Вывод, будто при социализме нет действия экономических законов, вытекает из совершенно немарксистского взгляда, будто экономическими законами можно считать только такие законы, которые не зависят от воли и сознания людей, которые носят характер стихийных закономерностей… Но такая характеристика относится лишь к экономическим законам формаций, существовавших до социализма, а не к экономическим законам вообще». Здесь, во-первых, отождествляется объективное со стихийным и, во-вторых, защищается идеалистическое положение о зависимости экономических законов социализма от сознания и воли людей. Отсюда идеалистическая трактовка роли государства и плана в развитии социалистической экономики. Такая трактовка может вести лишь к ликвидации политической экономии как науки.
В вопрос о соотношении экономики и политики немало идеалистической путаницы внёс Л. Гатовский. Восхваляя антимарксистскую книжонку Н. Вознесенского «Военная экономика СССР в период Отечественной войны», он способствовал распространению содержащейся в ней субъективно-идеалистической концепции. Выдвигая на первый план политику как основной предмет экономических исследований, он уводил в сторону от изучения объективных экономических законов. Из политики партии выхолащивались её научные основы. В своих статьях Гатовский протаскивал, по сути дела, идеалистические идеи волюнтаризма.
Субъективистские, идеалистические, волюнтаристские взгляды на характер экономических законов социализма, на соотношение экономики и политики, базиса и надстройки в условиях социализма пропагандировались в пашей литературе и с кафедр высших учебных заведений значительной частью экономистов, философов и правовиков. Правильно подчёркивая плановый характер развития экономики при социализме, они при этом «забывали» коренные положения исторического материализма, не умели верно применять их, скатывались к субъективному идеализму, волюнтаризму.
Под влиянием распространявшихся в нашей литературе и в преподавании ошибочных — субъективно-идеалистических, волюнтаристских — взглядов у многих наших товарищей, прежде всего из молодёжи, складывалось неправильное понимание советской действительности. К руководящему ядру партии, указывает товарищ Сталин, каждый год подходят тысячи новых молодых кадров, они горят желанием помочь нам, показать себя, по не имеют достаточного марксистского воспитания. Ошеломлённые колоссальными достижениями советской власти, они начинали воображать, что советская власть «всё может», что ей «всё нипочём», что она может «уничтожить» законы науки, «сформировать» новые законы. Подобные взгляды и представления, указывает товарищ Сталин, таят в себе серьёзную опасность для дела социалистического строительства. Они ориентируют на то, чтобы не считаться с объективными законами, обезоруживают кадры в их практической деятельности, толкают на путь волюнтаризма и политических авантюр.
В пашей литературе и преподавательской практике широкое распространение получила также формула, что экономические законы социализма действуют как познанная необходимость. Эта формула, кстати сказать, применяется до настоящего времени. Но она неточна. Она соединяет в себе два разных ‘вопроса: вопрос о признании объективных экономических законов, существующих и действующих независимо от воли и сознания людей, и вопрос об их познании и сознательном применении. В работе «Экономические проблемы социализма в СССР» товарищ Сталин чётко разграничил эти вопросы, разъяснил, что выражение Ф. Энгельса «познанная необходимость» означает, что «люди, познав объективные законы («необходимость»), будут их применять вполне сознательно в интересах общества».
Субъективистская трактовка характера экономических законов социализма особенно наглядно выявляется в освещении вопросов социалистического планирования. Большинство экономистов, философов, историков считало экономическим законом социализма планирование народного хозяйства государством. Некоторые из экономистов прямо писали, что экономические законы социализма определяются экономической политикой большевистской партии и советской власти.
Источник этих субъективистских извращений, как показал товарищ, Сталин, заключается в том, что наши годовые и пятилетние планы смешиваются с объективным экономическим законом планомерного, пропорционального развития народного хозяйства. На самом же деле годовые и пятилетние планы лишь более или менее точно отражают требования этого объективного закона и основного экономического закона социализма. Товарищ Сталин показал, что закон планомерного, пропорционального развития народного хозяйства даёт возможность нашим планирующим органам правильно планировать общественное производство, что планирование народного хозяйства может добиться положительных результатов, если оно правильно отражает требования экономического закона планомерного развития народного хозяйства, если оно сообразуется во всём с требованиями основного экономического закона социализма.
Вина за распространение субъективистского, идеалистического понимания экономических законов социализма ложится во многом на наших философов. Они не только не вели борьбы с подобными взглядами, а сплошь и рядом сами пропагандировали субъективистское, идеалистическое понимание законов развития социалистического общества. Это прежде всего относится к группе философов — П. Федосееву, бывшему главному редактору журнала «Большевик», и бывшим членам редколлегии — М. Иовчуку, Г. Александрову. Они допускали помещение в журнале статей с антимарксистскими положениями и установками.
В статье М. Иовчука, опубликованной в журнале «Большевик» № 14 за 1947 год, при изложении содержания работ товарища Сталина о стратегии и тактике важнейшие, принципиальные положения об объективных законах, лежащих в основе ленинско-сталинской стратегии и тактики, не приводятся. Товарищ Сталин учит, что стратегия обязана знать и правильно учитывать объективные процессы, если не хочет допустить грубейших и пагубных ошибок в деле руководства движением. Товарищ Сталин подчёркивает, что формы борьбы рабочего класса, а следовательно, и тактика партии «меняются в зависимости от развития хозяйства, общественности, культуры, в зависимости от состояния классов, соотношения борющихся сил, характера власти, наконец, в зависимости от международных отношений и пр.». Эта сталинская постановка вопроса о стратегии и тактике изложена Иовчуком в указанной статье односторонне, неправильно; такое изложение открывает лазейку для субъективного идеализма.
В философских работах и в преподавании философии всё ещё не изжиты проявления схоластики, гегельянства, буржуазного объективизма, отрыв теории от практики.
В борьбе за воинствующий материализм, против идеалистических извращений в науке, против примиренчества к проявлениям буржуазного объективизма, беззубого вегетарианства в отношении к идеализму важную роль сыграла дискуссия по книге Г. Ф. Александрова «История западноевропейской философии», проведённая под руководством ЦК партии. В ходе дискуссии было показано, что история философии не рассматривалась в этой книге, да и во многих других работах, как история борьбы материализма и идеализма. В книге давалась либерально-буржуазная оценка многим представителям западноевропейской буржуазной идеалистической философии, что означало нарушение марксистско-ленинского принципа партийности философии, ослабление её боевого духа, непримиримости ко всяким проявлениям буржуазной идеологии. В ходе дискуссии обнаружилось, что история философии рассматривается в отрыве от развития экономического базиса, классовой борьбы, развития науки. Многие наши философы игнорировали изучение отечественной, русской философии, отрывали её от общественного развития России, рассматривали её в духе идеалистической, буржуазной концепции, как продукт «заимствований» и «влияний» западноевропейской буржуазной философии. Игнорировалось изучение истории философии народов Востока. Вследствие неправильного, немарксистского подхода к истории философии в книге Г. Ф. Александрова марксистская философия изображалась не как продукт всего мирового развития научной мысли, а как некое региональное явление, как продукт развития только западноевропейской философии.
Один из недостатков в работе философов, который должен быть преодолён, заключается в отрыве теории от практики строительства коммунизма. Наши философы не разрабатывали вопроса об объективном характере законов развития социалистического общества, не занимались изучением закономерностей развития способов производства, производительных сил и производственных отношений, их единства и взаимодействия в истории общества. Философы рассматривали в своих работах главным образом явления надстроечного порядка, явления духовной жизни общества, формы общественного сознания, государство, политику, причём и эти вопросы изучались не в органической связи с экономическими законами развития общества. Это продолжается и сейчас. Примером тому служит книга Ц. Степаняна «Развитие В. И. Лениным и И. В. Сталиным учения о социализме и коммунизме», которая вопросы постепенного перехода от социализма к коммунизму рассматривает на основе весьма бедного и отрывочно излагаемого экономического материала; автор больше останавливается на вопросе о развитии техники, производительных сил, а не на развитии в связи с этим производственных отношений. Объективные экономические закономерности перехода от социализма к коммунизму не вскрываются и не служат основой рассмотрения всех процессов развития социалистического общества, в том числе и развития духовной жизни, культуры. Этим недостатком страдают работы и многих других философов.
Советские философы обязаны решительно отстаивать марксистское, материалистическое учение об объективном характере законов природы и общества, об определяющей роли базиса по отношению к надстройке, о соотношении объективных условий и субъективного фактора в условиях социализма, разрабатывать эти вопросы в тесной связи с задачами строительства коммунизма. Обязанность философов — давать отпор любым идеалистическим извращениям положений диалектического и исторического материализма, в какой бы области науки они ни встречались. Нельзя признать нормальным то, что до сих пор философы не оказывали научным работникам различных специальностей должной помощи в защите принципов диалектического и исторического материализма. Этот недостаток свидетельствует прежде всего о слабой связи философских работников с конкретными областями знания, о неумении творчески применять диалектический материализм для обобщения достижений наук о природе и обществе, для углублённой разработки актуальных проблем марксистской философии, для борьбы с буржуазной, идеалистической философией.
Экономисты, философы, правоведы почти не разрабатывали коренных проблем постепенного перехода от социализма к коммунизму, поставленных в трудах И. В. Сталина. Большинство кандидатских и докторских диссертаций далеко от жизненно важных тем, не связано органически с задачами строительства коммунизма в СССР и борьбы за мир, демократию и социализм во всём мире.
Ошибки, допущенные на фронте философии и политической экономии, имеют место и в других общественных науках. В работах по Советскому государству и праву также пропагандировались идеалистические взгляды, согласно которым Советское государство формирует экономические законы. Политические акты и правовые нормы нередко рассматриваются в этих работах в отрыве от общественно-экономических отношений, то есть идеалистически. Не исследуя по существу условия возникновения тех или иных юридических законов и норм, правоведы чаще всего ограничивались описанием, перечислением этих норм, не показывали, как развитие социалистической экономики определяло развитие Советского государства и права, изменение их задач, развёртывание их функций; не раскрывается и активная роль надстройки в строительстве социализма и коммунизма. Такое извращение марксистской теории допущено, например, в книге С. Л. Ронина «Первая Советская Конституция», в коллективной работе «История советского уголовного права» (авторы — А. Герцензон, Ш. Грингауз, Н. Дурманов, М. Исаев, Б. Утевский). В работах по праву всё ещё допускаются вопиющие отступления от марксистско-ленинской теории государства и права, проявления буржуазного объективизма, юридического догматизма и схоластики, уже не раз подвергавшиеся критике в нашей печати.
История государства, политики, идеологии, культуры в работах историков также нередко рассматривается оторванно от развития экономического базиса, материального производства. Примером такого субъективистского подхода могут служить работы Б. Ф. Поршнева, опубликованные в «Известиях Академии наук СССР». Критикуя проявления «экономического материализма» в работах Е. А. Косминского, Б. Поршнев сам допускает ошибки идеалистического характера, отрывает классовую борьбу от развития производительных сил и производственных отношений. В его изложении получается, что не развитие феодального способа производства порождает и обусловливает соответствующие формы классовой борьбы между помещиками и крестьянами, а, наоборот, крестьяне своей борьбой якобы создали и развили крепостническую форму эксплуатации, феодалы же пытались её разрушить, вернуться к рабовладельческому строю. Рассматривая проблему революции односторонне, без учёта всей совокупности объективных условий, которые не зависят от сознания и воли людей, партий, классов, Б. Поршнев приходит к субъективистскому, волюнтаристскому выводу, что буржуазная революция возможна на любом этапе развития капиталистического уклада. По его мнению, французская буржуазная революция, например, могла бы совершиться на 150 лет раньше, чем произошла.
В учебнике М. Тихомирова и С. Дмитриева по истории СССР проявился уклон к субъективно-идеалистической теории «насилия»: в учебнике не дано экономического обоснования перехода от первобытно-общинного строя к феодализму; процесс образования феодализма в России объясняется факторами внеэкономического принуждения.
В ряде обобщающих трудов по истории отдельных народов СССР (История Узбекистана в 2 томах, История Армении, т. I, История Грузии и другие) всё дело сведено к описанию правящих династий и их смен, к характеристике царей и полководцев, а вопросы социально-экономического развития, быта народов совершенно обойдены. Авторы этих трудов игнорируют коренное положение исторического материализма о том, что история общества — это прежде всего история развития способов производства, история производителей материальных благ, история трудящихся масс.
Идеалистические, буржуазно-националистические извращения в исторической науке проявляются в том, что некоторые историки пытаются представить национальный вопрос как главный, затушёвывают экономические и классовые основы национально-освободительных движений, забывая указания товарища Сталина о том, что национальный вопрос — не самодовлеющий вопрос, что его содержание определяется характером общественного строя, характером власти в стране, характером классов, принимающих участие в движении и возглавляющих эти движения. Забвение этих положений наряду с затушёвыванием классовых противоречий внутри национальных движений неминуемо приводит к буржуазно-националистическим извращениям.
В трудах некоторых историков ещё проявляется некритическое отношение к буржуазной историографии, имеют место рецидивы буржуазного объективизма, субъективистских, идеалистических взглядов школки М. Н. Покровского. Среди части историков имеется тенденция стереть грань между буржуазной и советской исторической наукой. В некоторых трудах по истории СССР и всеобщей истории встречаются ошибки, свидетельствующие о пережитках «экономического материализма», о принижении роли политики, классовой борьбы, роли надстройки, её обратного влияния на базис, о сведении многостороннего и противоречивого исторического процесса к стихийному развитию экономики, встречаются попытки объяснить развитие надстроечных явлений непосредственно изменениями в производстве.
Следует отметить, что в исторической науке не преодолены полностью ошибки «нового учения» Н. Я. Марра. Некоторые историки, археологи и этнографы, признавая, что Марр допустил ошибки в языкознании, считают его непогрешимым в истории, археологии и этнографии. Однако подобные вылазки не получили должного отпора. Журнал «Вопросы истории» проявил гнилой либерализм в этом вопросе, объективно сдерживая критику и преодоление марровских ошибок в области истории, археологии и этнографии.
Историческая наука и историческое образование играют важную роль в интернациональном воспитании молодёжи, в упрочении дружбы народов нашей страны и в укреплении братских связей народов СССР с трудящимися всех стран. Это обязывает советских историков руководствоваться во всей своей работе марксизмом-ленинизмом, непримиримо бороться против буржуазной идеологии, против проявлений буржуазного национализма и космополитизма.
Надо помнить, что строительство коммунизма происходит в сложной международной обстановке и чем больше успехи Советского Союза, тем агрессивнее становятся главные державы империалистического лагеря, тем яростнее их ненависть к СССР и странам народной демократии, их разбойничья пропаганда новой мировой войны. Строя коммунистическое общество, борясь за мир во всём мире, мы, советские люди, ни на минуту не должны забывать о необходимости повышения революционной бдительности по отношению ко всем проискам и агрессивным действиям врагов нашей Родины.
Важнейшей задачей научных кадров является борьба против буржуазной лженауки. В США, Англии и других капиталистических странах выходит множество лженаучных работ, сборников фальсифицированных или тенденциозно подобранных документов, мемуаров, принадлежащих перу реакционных историков, политиков, дипломатов и просто шпионов-разведчиков. Весь этот мутный поток изливается с единственной целью — оклеветать СССР, страны народной демократии, революционное и рабочее движение, обосновать или прикрыть агрессивную политику США и их сателлитов. К сожалению, в нашей научной литературе ещё очень слабо разоблачаются эти измышления. Публикуемые в нашей печати статьи, направленные против буржуазной идеологии, всё ещё недостаточно остро и решительно обличают врагов марксизма, врагов народа, нередко ограничиваются частными критическими замечаниями, «академической» полемикой. Бывает и так, что в этих статьях дело сводится к изложению вражеских концепций с добавлением «общих» критических оценок, а реакционное, антинаучное существо «трудов»’идейных оруженосцев империализма остаётся неразоблачённым. Нужно без пощады, глубоко и по существу разоблачать поджигателей войны и их лакеев, в том числе правых социалистов. Это значит: необходимо решительно разоблачать всякие попытки затушёвывать классовые противоречия буржуазного общества, разоблачать теории о «гармонии» классовых интересов буржуазии и пролетариата, теории о возможности преодоления глубочайших противоречий империализма мирным путём, о возможности существования империализма без войн и т. д.
Разоблачая империализм, идеологию и политику поджигателей войны, необходимо показывать противоположность капитализма и социализма, раскрывать преимущества социалистического строя перед капиталистическим. Однако у нас находятся такие люди, которые вместо показа противоположности социализма капитализму занимаются выискиванием «обших черт» между ними. Этим неблаговидным делом занялся, например, профессор Н. Г. Александров в своей работе «Трудовое правоотношение». Он усиленно выискивает «общие черты» между социалистическими трудовыми правоотношениями в СССР и «трудовыми» правоотношениями в капиталистических странах. Есть ещё такие «учёные», которые, находясь в плену у буржуазной идеологии, юридического кретинизма, не замечают за юридической формой экономического, классового содержания и ищут образцы «демократии» в английском или американском уголовном праве. Разве мыслимо разгул фашистского террора, гангстерских банд, суд Линча изображать в виде некоего «уклонения» буржуазных «демократий» с их «исторического пути», как это делают отдельные юристы!
Причины идеалистических ошибок и отставания на различных участках теоретического фронта от задач строительства коммунизма заключаются прежде всего в недостаточной марксистско-ленинской подготовке научных кадров, в неправильном подборе и расстановке научных кадров на ряде участков научного фронта. Эти кадры часто подбираются без учёта их политических а деловых качеств, их способностей. Во многих научных учреждениях ещё не изжиты элементы семейственности, приятельских отношений, групповщины, имеют место попытки отдельных групп учёных монополизировать тот или иной участок научной работы, оттереть молодые растущие кадры, зажать критику ошибок и недостатков, создать аракчеевский режим. Эти пороки особенно наглядно проявляются в научно-исследовательских институтах по вопросам государства и права. За работой этих институтов, за качеством преподавания правовых наук, за содержанием журналов «Советское государство и право» и «Социалистическая законность» не было должного контроля со стороны Президиума Академии наук СССР, отделения экономики и права Академии наук, Министерства юстиции и Министерства высшего образования Бесконтрольность привела к подмене партийной принципиальности приятельскими отношениями, к монополизации важнейших проблем юридиче ской науки небольшой группой учёных, к зажиму критики. Серьёзнейшие ошибки и извращения в науке о праве замалчивались в этих учреждениях; расхваливались работы таких авторов, как Строгович, Трайнин, Александров и другие, в которых содержатся серьёзные ошибки, идущие по линии буржуазного объективизма; искусственно раздувался авторитет группки научных работников, которые в течение 10—15 лет никакой научной продукции, по сути дела, не дали, за исключением отдельных путаных статей и брошюр.
Институт права Академии наук СССР не вёл по-настояшему и подготовки научных кадров. Многие научные сотрудники института не вырастили ни одного молодого научного работника; да и сами они, занимая многие должности по совместительству, монополизируя научную и преподавательскую работу в ряде научных учреждений и высших учебных заведений, не изучали глубоко марксизм-ленинизм, не давали подлинно научной продукции.
Журнал «Советское государство и право» не подверг критике порочные работы по вопросам права и — более того — сам оказался в плену схоластики и юридического догматизма. Редакция вела на страницах журнала схоластические дискуссии, вроде дискуссии о различиях понятий «вины и виновности», что было справедливо осмеяно в выступлениях делегатов XIX съезда партии.
Все эти пороки в работах по юриспруденции нанесли большой ущерб Советскому государству, подготовке научных кадров, делу юридического образования. Такие нездоровые явления в той или иной степени имеют место и на других участках научного фронта.
В эгом сказывается наличие остатков и пережитков буржуазной идеологии в нашем социалистическом обществе. Эти пережитки не отмирают сами собой, они могут расти, и с ними нужно вести решительную борьбу. Нельзя забывать указаний Ленина о том, что субъективизм и субъективная слепота — один из гносеологических корней идеализма, а идеализм используется враждебными нам силами старого мира. Мы не застрахованы от проникновения к нам чуждых взглядов, идей и теорий извне, со стороны капиталистических государств, и изнутри — со стороны недобитых остатков враждебных советской власти групп. Элементы из охвостья разбитых партией антиленинских групп пытаются использовать различные участки идеологической работы, в том числе и научные учреждения, для возрождения и распространения разного рода антимарксистских теорий, «концепций» и «точек зрения», чтобы идейно разоружить наших людей. Носители буржуазных взглядов и буржуазной морали, враги народа, поддерживаемые империалистами, будут и впредь вредить нам. Установлено, что все участники недавно арестованной террористической группы врачей-вредителей, готовивших новые покушения на жизнь руководителей Советского государства, состояли на службе у разведок капиталистических государств. Большинство их было завербовано агентурой американской разведки — международной еврейской буржуазно-националистичеокой организацией «Джойнт»; другие — старые агенты английской разведки.
Партия, товарищ Сталин учат коммунистов, всех советских людей зорко следить за всеми происками классовых врагов, решительно бороться с ротозейством и благодушием в наших рядах, исходящими из оппортунистических представлений, будто бы по мере возрастания наших успехов враг будет становиться всё более ручным и безобидным. Товарищ Сталин разоблачил оппортунистические теории о том, что уничтожение эксплуататорских классов в СССР будет означать якобы затухание классовой борьбы. Нельзя забывать о капиталистическом окружении, о работе капиталистических разведок, стремящихся засылать к нам своих шпионов и использовать в своих гнусных целях врагов народа, остатки разбитых враждебных советской власти групп. Чем успешнее будет наше продвижение вперёд, учит товарищ Сталин, тем острее будет борьба врагов народа, обречённых на гибель, доведённых до отчаяния.
Партийные организации должны поэтому бороться с оппортунистическими настроениями благодушия и ротозейства у советских людей, привлекать советских учёных к активной борьбе против враждебных социализму взглядов и теорий, помогать им овладевать марксизмом-ленинизмом. Долг советских учёных — поднимать выше и выше знамя воинствующего материализма, марксизма-ленинизма, вести непримиримую борьбу против буржуазной идеологии, против всяких попыток извращения марксистско-ленинской теории, развёртывать партийную критику и самокритику в научной работе.